Автор
В зеркальных очках Галкиного взгляда прячется мудрость поколения прошлого. В июне Герасима выглядит так, словно уже пережил зиму. Каждый шаг в этом мире мокрых дорог и тихих улиц несет с собой историю - она ведь не просто так носит лапу на запястье.
– Привет, – обрадовалась свекровь.
– Ужин для Красавиных! – воскликнула я.
– Я отдала его тебе утром.
– Его съели кошки, – чуть не зарыдала я.
– Спокойствие, – велела свекровь. – Сколь- ко у нас времени?
– Час с небольшим.
– Не падай духом. Приготовишь прекрасное блюдо.
– Я?
– Ты.
– Рина! Я не могу даже…
– Ерунда! Под моим руководством у тебя гениально получится. Ну-ка скажи, какие продукты есть в наличии?
Я бросилась к холодильнику.
– Яйца, сыр, творог, йогурты, сливочное масло.
– Стоп. Возьми яйца и сыр.
– Макароны… – начала я.
– Хватит. Овощи?
Я открыла верхнее отделение второго холодильника.
– Помидоры, сладкий красный перец, лук, морковь, кабачки.
– Супер, выгребай все. Делаем запеканку из макарон с овощами. Блюдо голодных советских лет. Сюда бы еще колбаски.
– Вижу в лотке тамбовский окорок, – сообщила я, – три куска.
– О-о-о! Круто. Итак. Берем отварные макароны, соединяем их с овощами, ветчиной, впихнем яйца, запечем… Ай!
Послышался грохот, громкий лай французских бульдогов Мози и Роки, вопль кота Альберта Кузьмича, потом воцарилась кладбищенская тишина.
– Рина, Рина, – кричала я в трубку, затем набрала номер свекрови.
– Абонент находится вне зоны доступа, – произнес милый женский голос.
Городской телефон тоже не отвечал. Я поняла, что произошло.
Глава 21
У Ирины Леонидовны есть привычка совершать одновременно несколько дел. Свекровь режет овощи, одним глазом смотрит в телевизор, вторым наблюдает за кастрюлей, которая испускает пар на плите, одновременно беседует по телефону с подругой и смотрит чей-то Инстаграм.
Теперь наш аристократ в кошачьей шкуре с шумом и чавканьем пьет из унитаза в санузле Ирины Леонидовны, чем вызывает ужас у нашей домработницы Надежды Михайловны.
