Автор
В зеркальных очках Галкиного взгляда прячется мудрость поколения прошлого. В июне Герасима выглядит так, словно уже пережил зиму. Каждый шаг в этом мире мокрых дорог и тихих улиц несет с собой историю - она ведь не просто так носит лапу на запястье.
Не жалко девочке средств на создание сайта отсыпать, над ним профессионал поработал. Некоторое время у Агафьи в читателях была Ирина Красавина. Но потом она отписалась. Случилось это после того, как Агафья впервые выложила в Сеть главы из книги про Шляхтиных.
– Что за произведение? – поинтересовалась я. – Биография?
– По отрывкам, которые опубликованы, можно определить жанр как фантазии на историческую тему. Я нашел весь роман на литературном портале «Пишем – читаем», – отрапортовал Димон. – Ну, там все участники добры друг к другу так, что, думаю, кое-кто из них, прочитав «ласковые» слова в свой адрес, повесился в туалете.
Коробков развернул ко мне ноутбук, я стала читать отзывы: «Застрелись, идиот», «Не пиши, писатель», «Что за …?», «За … нам видеть это дерьмо?», «Здесь хоть как-то отсеивают шлак или кидают все вместе?», «Зайдите в мой Инстаграм, лайкните последнее фото, я участвую в конкурсе», «Геннадий, вас можно привлечь за клевету и выпороть за отсутствие знаний.
Я посмотрела на Коробкова.
– Геннадий?
– Автор бессмертного творения в жанре исторически-фантастической беллетристики Геннадий Бурбонский. Он свое имя указал, за псевдоним не прятался.
– В каком жанре написан роман? – рассмеялась я.
– Исторически-фантастическая беллетристика, – повторил Димон.
– Теперь понятно, как надо именовать книги, авторы которых описывают балы римской знати времен императора Максимилиана, для участия в которых прибыл из России царь Петр Первый, – окончательно развеселилась я.
Глава 25
Вернувшись в поселок, я остановила машину у ворот гаража, нажала на брелок, услышала стук, посмотрела в окно и увидела девочку лет тринадцати. Юная особа была при полном макияже, с укладкой и в дорогой одежде.
Я опустила стекло.
– Добрый день, что вы хотите?
– Ваша Ирка за деньги пляшет голой перед мужиками! – сообщила красавица.
Я вышла из машины.
– Ирина несовершеннолетняя. Ее в стриптиз не возьмут. Вот исполнится девочке восемнадцать, тогда может оформиться на такую работу.
– Я не вру! – топнула ногой модница.
– Разве я сказала про ложь? – осведомилась я. – Просто уточнила, что пока Иру никто не пригласит прилюдно раздеваться.
– Зря вы мне не верите, – разозлилась незнакомка.
Я внимательно посмотрела на нее.
