Автор
В теплом луче солнца я стою на резной балконной скамейке, держа в руках шипучку. Всех вокруг – веселящие лица и смех, но мое место тише и сосредоточеннее. Мечтая о вечеринке, где могла бы быть я, вместо этого я наблюдаю за этим дома из окна. Так близко к волшебству, но всегда подальше от него....
Вот так. Папа задерживается, а я опаздываю, конечно, какие могут быть дела у вчерашней школьницы на летних каникулах.
Мы явились чуть ли не первыми, у нас в поселке не принято приходить в гости точно к сроку. Пока собирался народ я гуляла по саду, со скуки забрела в дом.
Руслана самого еще не видать, как и Марины с отцом. А он ведь при мне выехал сюда.
Пусть бы не приезжал как можно дольше. А лучше - пусть бы у него колесо спустило и он совсем не пришел.
По витиеватой лестнице спустилась вниз - одна единственная дверь, дубовая, стоит нараспашку.
Погреб.
Помощницы по хозяйству отсюда вино таскают на вечер. Мне бы тоже не помешал глоточек-другой, наверное.
Тихо, ни голосов, ни музыки не слышно, по полу гуляет сквозняк.
Из любопытства сунула нос в погреб.
И вздрогнула всем телом, когда меня грубо схватили сзади за бедра и втолкнули внутрь.
- Что...- начала.
Большая, чуть потная ладонь легла на мои губы, зажала мне рот. Другая рука, покрытая густыми темными волосами, обняла меня спереди, по шелку платья добралась до груди и сжала.
- Я тебе говорил, что ты не Мирону не пара? - шепот на ухо показался особенно страшным, липким. - Яна, я думал, ты умная девочка.
Изо всех сил дернулась в сторону, он удержал. Прижал к себе, продолжая закрывать мне рот, и я почувствовала - мокрый язык, скользнувший по моей шее до уха.
Замычала протестующе и глаза защипало, водостойкая тушь от слез потекла, я такого ужаса в жизни не испытывала.
- Просто будь послушной, - продолжал шептать он, - делай, что я говорю.
Широкая ладонь провела по бедру, забралась под платье.
Завизжала, если бы могла, начала брыкаться, попыталась пнуть мужчину.
И тут с лестницы послышались гулкие шаги - прислуга спускается за вином.
Не сразу поняла, что сжимающие меня руки разжались, лишь когда отец Мирона слегка подтолкнул меня в спину - тогда сорвалась с места и юркнула между стеллажей с бутылками, и еще раз, как мышь в лабиринте, в самый дальний угол забилась.
И согнулась, схватившись за стену, живот спазмами скрутило, с трудом удержала рвущуюся наружу тошноту.
Упала на колени.
В ушах гул, ничего не слышу, сколько я так просидела - пять минут или час - всё в одно смешалось. Шагов позади не слышала, но взвизгнула, ощутив теплую руку, что коснулась моего плеча.
- Тихо-тихо, - знакомый голос, бывший одноклассник, одиннадцать лет за одной партой, мой друг. Самый лучший. Руслан опустился на корточки рядом. - Ты чего тут? - в голосе беспокойство и ласка.
