Автор
Женька, лежащий на диване в коридоре с поддакивающим Евгением, создает атмосферу неформальности и доверия. Учреждение, где они проводят время, кажется домашним местом благодаря доминирующей присутствующей личности – собственнику центра Евгению. Всем своим образом жизни подчеркивая связь с медицинскими учреждениями, каждый здесь имеет свой скромный уголок в этом большом мире забот и отчественных терапевтов....
Наслаждайся природой, погодой, вкусной едой и легкими фильмами. Настрой, знаешь ли, очень важен для женщины.
– Хорошо, – выдавливаю сквозь рвущиеся слезы улыбку. – Я обещаю, что буду стараться.
– Вот и договорились. А теперь, будь здорова! – усмехается подруга. – У меня там уже целая очередь собралась. Вечером созвонимся!
– Договорились. – Обнимаю ее на прощание. Поворачиваю ключ, открываю дверь и выхожу в коридор.
Настоящее время
– Ой, мамочки! Как же больно! – шепчу я, пока мой случайный спаситель помогает мне выбраться из машины.
– Почему скорой не было? – орет мужчина на весь первый этаж.
– Только что передали, что бригада в ДТП попала. Извините, – оправдывается медсестра из регистратуры.
– Извините?! А если бы она на улице родила? – рявкает он.
От накатывающей схватки сжимаю его руку:
– Не надо ругаться.
В регистрационном окошке у меня забирают документы и начинают оформлять.
– Где ваш чемоданчик роженицы? – спрашивает меня медсестра и быстро вводит данные в компьютер. А я, от боли закрыв глаза, на несколько секунд подвисаю. Эти секунды мне кажутся вечностью, тянутся неимоверно долго.
Когда меня отпускает, я поворачиваю голову к мужчине и еле шепчу:
– Моя сумка.
Кивнув, он оставляет меня возле стойки, а сам бежит на выход.
– У вас роды партнерские? – не поднимая глаз, спрашивает меня блондинка, продолжая выстукивать пальцами по клавиатуре.
– Нет, – мотаю головой. – Сольные.
Через минуту мужчина возвращается с моей сумкой. И тут к нам подходит акушерка:
– Буквально три минуты, и мы вас заберем. Я пока пойду стол подготовлю, а вы здесь посидите.
– Стол? – Мой случайный знакомый округляет на нее глаза и выдает на полном серьёзе: – Зачем стол? Мы что, отмечать это событие будем?
– Родильный стол! – отвечает она.
– Спасибо вам, – говорю я и снова чувствую накатывающую волну дикой боли. Живот просто каменеет в такие моменты, и я механически хватаюсь за него рукой.
– Вам, наверное, по делам своим надо. Вы можете идти, – выдавливаю через силу каждое слово, обращаясь к своему спасителю.
– Да нет уж. Я лучше пока здесь посижу, – бурчит он.
