Эта черноволосая мисс могла бы стать одной из тех, кто приносит тебе деньги. А ты отбираешь у нее "Карри". Или ты стал меценатом и добрых дел дядюшкой? Какая тебе разница, пусть пробует, что угодно и пусть будет кем угодно. Ты просто должен делать деньги. Не согласен? Вот же последний кретин", - издевающимся тоном говорил ему внутренний голос. Но Петр отмахнулся от него. Касаться этой девушки было чертовски приятно. Особенно зная, что, несмотря на то, что она выше, ты - сильнее.
В это же время бывший парень Лидии решил заказать пару коктейлей и вместе с другом, смеясь над чем-то, направился к барной стойке. Лиду, с трудом стоявшую на ногах в объятиях какого-то не слишком высокого скользкого типа-мажора Женя узнал сразу. Он никогда еще не видел свою девушку - черт, свою бывшую девушку, в таком состоянии, и был порядком удивлен, а потом даже испугался за нее. Она никогда не была такой пьяной. Да и не позволяла левым парням прикасаться к тебе. А в том, что Петр был левым, Евгений был уверен. Он не верил Лиде, что у нее кто-то там есть. Она была ему верна - сто процентов.
- Эй, Лида! - закричал Женя. Его невеста, длинноволосая малышка, которую навязали пару месяцев назад родители, сейчас была на танцполе с подружками и не могла его видеть или слышать.
Лида обернулась. Евгения она тут же признала и, поскольку находилась под властью абсента, не стала скрывать свои эмоции. Она глазами больной собаки посмотрела на бывшего и нецензурно его обозвала. Воспоминания начали толчками возвращаться к ней.
- Ты почему трубку не берешь? Ты зачем напилась? С ума сошла? Эй, а ты кто? Эй, отвечай, - выкрикнул он и перевел злой взгляд (когда Женя пил, он всегда становился злым) на Петра. Тот все больше и больше изумлялся. "Эй" говорили ему только собственный дедушка и брат-идиот, который недавно вздумал читать ему лекции.
- Я кто? - спросил хозяин клуба "Алигьери". - Ну, в общем-то, человек.
- Эй, человек, ты зачем ее споил? - тут же предъявил Женя необоснованные обвинения Петру. - Охренел что ли? Решил напоить и попользоваться?
Лида, которую все еще удерживал Петр, прижимая к себе, сквозь подступающие пьяные слезы рассмеялась.
- Да, именно так. Верно. - Отчеканил Петр.
- Отдай ее мне, - вдруг понял Женя, что Лида все же ему очень дорога, и он не хочет, чтобы с ней что-нибудь случилось.
- Сейчас, - чисто из чувства врожденной вредности отозвался молодой человек в очках. - Только свистни мне, друг. И сразу отдам.
- Он мой парень, - неожиданно твердым голосом сказала девушка, слабою рукой обнимая Смерчинского за шею. - Он мой парень, и я тебе с ним изменяла. Да, зайка?
Зайка с подозрением посмотрел на Лиду. Ничьим парнем он себя не считал и считать не собирался.
- Он меня любит, - покачиваясь и не падая только из-за в общем-то крепких рук Петра, произнесла Лида. - Оч...