Он пах карамелью и чем-то еще, сладким и терпким одновременно. Алкоголем он не пах совершенно, и на вкус (девушка осторожно отпила маленький глоточек) был больше похож на молочно-фруктовый напиток с добавлением каких-то вязковато-горьких трав.
Петр сказал, что она может делать в его кабинете все, что угодно, ничего не случиться, если она выпьет эту штуку.
Правда, осилила девушка лишь две трети или чуть больше - к сожалению, у вкусного на первый взгляд светло-желтого напитка послевкусие оказалось омерзительным, таким, словно какой-то умник растворил в нем горький анальгин.
Но девушке хватило и того, что она выпила. Через минут десять мир стал для нее одной сплошной сюрреалистичной картиной: то расплывчатой, то становящейся настолько резкой, что ей было больно смотреть на яркие предметы. Чувства ее обострились и, кажется, стали чужими - настолько несвойственны они были для Карловой, которая раньше никогда не провала никаких наркотических веществ. Ей хотелось смеяться, потому что вдруг она поняла, что мир, вобщем-то - штука преотличная, даже забавная, нет, скорее смешная. А те, кого она ненавидела и терпеть не могла - ангелы...
Когда Петр и Ник, видимо, пришедшие к какому-то консенсусу, вышли из своего кабинета, Ника была уже "готова". Она прекратила смеяться и застыла, прислушиваясь к неизвестно откуда доносившейся до нее музыки.
Сначала Кларский не заметил этого. Он что-то продолжал настойчиво говорить Петру, доказывая свою точку зрения:
- Делаем, как сказал Март - ляжем на дно на время. Менты могут в скором времени и сюда приехать, не забыв захватить гребанный ОМОН. Март за пару недель все уладит, и продажи возобновятся.
- Продажи возобновятся, - повторил за ним представитель семьи Смерчинских, - ты говоришь, как менеджер среднего звена, а не как...
- Гопник? - весело закончил Ник. - Эй, мужик, я просто очень образованный гопник. Будущий экономист и все такое.
- Как интересно. Экономист, говоришь? Я тоже экономист, специализировался на мировой экономике. Да и Март наверняка, - голос Петра стал насмешливо-серьезным, - получал высшее образование.
- Он учился на ветеринара, прежде чем ему дали первую ходку, - серьезно ответил Ник.
- Дааа? - поправил очки на переносице Петр. - Он мечтал лечить пони от глистов и прививать попугайчиков?
- Естественно, нет, - грубовато откликнулся Никита, мысленно давший сам себе подзатыльник за порыв совершенно лишней откровенности о брате. Он окликнул Нику.
- Эй, пошли. Эй, девочка, ты что, спишь?
Девушка никак не отреагировала, и молодой человек наклонился к ней.
- Алло, принцесса. Пошли.
- Раздевайся, - вдруг велела ему Карлова, как робот поднимая лицо к его лицу. - Раздевайся, любимый. Ты - мой ангел.