Ты же понимаешь, что ее никогда не примут в обществе, если она выйдет не за джентльмена.
Марлене было что на это сказать: «Ты предпочитаешь, чтобы она вышла замуж за джентльмена вроде мистера Портингтона, который не желает заниматься бизнесом, которому не нужен ни дом, ни семья? Или все же пусть выйдет за такого, как мистер Брамуэл, который успешно работает, не тратит деньги на разный хлам и нежно любит свою мать?» – но она придержала язык. Ей не следует вмешиваться в дела сестер еще больше. Она и так делает для них все, что может: пишет статейки в скандальный листок, написала книгу, а деньги отдает сестрам.
– Ты права, – согласилась Марлена. – Прости, не подумала.
А о чем она думала, когда начала писать о трех повесах и других джентльменах, которых никогда не видела? О том же, что и сейчас: Вероника и Евгения нуждаются в ней, – и так было всегда, с того самого момента, когда они впервые встретились. И пусть временами это бывало непросто, Марлене хотелось ощущать себя кому-то нужной.
Она думала, что Веронике станет легче, если она будет знать, что общество помнит о непозволительном поведении сент-джеймсских повес и о том, какой вред они причинили невинным юным леди своими письмами якобы от тайных поклонников, но ничего не изменилось: подругу все так же преследовали истерики и следовавшие за ними депрессии. Постоянное напоминание обществу о проделках повес не помогло ей справиться с отчаянием.
Когда Марлена написала первые четыре заметки и отнесла мистеру Трауту как образец, ей и в голову не приходило, что тремя годами позже она все еще будет продолжать писать. Но что еще она могла сделать, чтобы помочь подругам? Мистер Портингтон так безрассудно тратил деньги, что в семье временами нечего было есть, не говоря уже о том, чтобы содержать дом, и Марлене пришлось продолжить собирать сплетни и писать свой листок.
Почему муж Вероники вел отшельнический образ жизни и совершенно не заботился о семье? Что с ним не так? Он же обязан обеспечивать жену и сохранять наследство ее сестры, а вместо этого тратит деньги Евгении на покупку яиц гигантской ящерицы, в результате чего они все могут оказаться в ночлежке!
Тут Марлене в голову пришла идея. Она не знала, сможет ли что-то сделать, но попробовать стоило. Обернувшись к Веронике, она расправила плечи и спросила:
– Как зовут друга мистера Портингтона, который продал ему яйца?
Если мужчина не спешит выполнить простую просьбу юной леди, будьте осторожны: перед вами повеса!
Похоже, все лондонские кареты одновременно выехали на ту же улицу, что и экипаж Рата. Его кучер правил лошадьми медленно и осторожно, но все равно не обходилось без толчков, встрясок и периодических остановок. Крики раздосадованных возниц и пассажиров не ускоряли процесс движения.