Они навеселе, только при мне выпили две бутылки виски. И как старой подруге, дают наставления. – Правильно питайся, сильно не нагружайся, не нервничай, и все такое.
Они шагают в сторону дверей и разражаются хохотом.
Качаю головой.
Детский сад какой-то.
Но хотя бы не приставали, а не будь я беременна…
– А ты времени даром не теряешь, – звучит сбоку счастливый голос Оли. Ее руки стискивают мои плечи, она обнимает меня и щебечет. – Ева, как же я рада, что ты передумала и вернулась! Все правильно, жизнь продолжается, глупо бросать все из-за неудавшейся любви.
Что за парни, кстати? – она стреляет глазками. – Симпатяги.
– Ты знаешь? – спрашиваю вместо приветствия и чмокаю ее в щеку. – Про свадьбу?
У подруги бегает взгляд. Она ведет носком туфли по плитке и кивает.
– Так весь город знает, Ева. Это же такой скандал, таблоиды три месяца мусолят, не отстанут от них. Так, ладно. Возьмем такси?
– И поедем к дому Сергея, – решаю.
– В смысле? – Оля шагает рядом, подпрыгивает на ходу. – Зачем?
– Просто так.
Может, увижу его.
– Следить будем?
Молчу, толкаю дверь.
Идем по залу ожидания, и я сама не знаю, зачем мне туда ехать. Он же наверняка с невестой, может, он и не выйдет из дома, а я с чемоданами, с поезда, уставшая и грязная, голодная.
Но мне надо.
Между нами теперь не тысяча километров, а жалкие крохи, я могу его увидеть, и я хочу, ведь фотография – это совсем не то, вживую все станет ясно, правда ли, счастлив он.
Выходим из здания вокзала, идем к площадке с машинами такси.
– В общагу как раз с сегодняшнего дня заселяются, нам предлагали, если хотим, переехать в другую комнату.
Многие выпустились, – докладывает Оля. – Что думаешь?
– Родители настаивают, чтобы я снимала квартиру, – делюсь с подругой и морщу лоб. – Можно на двоих.
Садимся в такси. Кошусь в окно, на знакомый пейзаж, и в груди тепло, я словно снова дома, те три месяца лета, что провела у родителей чувствовала себя паршиво, такое странное ощущение, что там мне не место.
– Может, пока не поздно, в общагу? – предлагает Оля.
Трогает мои распущенные волосы. – Ты такая красотка. Линзы?
– Да, – улыбаюсь.
– Ну вот, – Оля кивает. – Да ты теперь не хуже нашей королевы красоты, у тебя поклонников будет…
Я мрачнею, и она осекается.
– Не подумав ляпнула, – бормочет.
Представляю Лилю и меня в холодный пот бросает, вернется она в универ после скандала? Все ведь знают про это изнасилование, будут у нее за спиной шептаться, жалеть.
– Не такая уж она и жертва, – зло хмыкает Оля.
