Зазвучала музыка, ребята из профкома начали привычно подогревать позитив, а я стал уставать от коллектива, едва к нему присоединившись.
– Я рад, что вы снова с нами. Это было весьма… неожиданно, – подбирает слова ректор.
– Вы хотели сказать «некстати»? – поправляю я, и понимаю, что попал в точку.
Возвращаться в универ я не думал. Не увольнялся, но все понимали – работа моя окончена. Все решилось буквально за день, и причиной тому стала…
… – Эта дрянь! Это все она! – вопит Настя.
– Папа, скажи ему! Неужели ты не понимаешь, зачем ему этот мухосранский универ? Там шлюха эта, к ней рвется. Надо было… надо было ее прибить, прихлопнуть…
– Настя! – устало прерывает ее Игорь Валентинович. – Уймись, дочка.
– С чего вдруг? Он позорит меня, – она всхлипывает – слезы настоящие, как и истерика, но она продолжает играть в оскорбленную невинность. – Ты сам видел новости? Газеты видел? Он опозорил меня!
Настя тычет в меня пальцем, и поза эта, и истерика лишь смех вызывают.
Вот ведь дура! Чего ждала от меня: любви? Так ничего она не сделала для этого. А потому я сижу, перекатываю в бокале коньяк, и гляжу мимо невесты и ее отца – губернатора.
Если бы я был не я, но с таким же разочарованием, которое Ева во мне разбудила, и встретилась бы мне девушка… не такая идиотка, как Настя. Девушка с разбитым сердцем, которая заполнила бы мою пустоту, и которой также нужна была бы моя помощь, чтобы раны залечить – я бы смог полюбить.
Смог бы, если бы этой девушкой была не Настя.
И не было бы Евы.
Но обе они есть, и пусть обе катятся в преисподнюю!
– Я тебя не позорил. Это ты, дорогая, устроила безобразную склоку, и мне пришлось разнимать бабскую драку, – лениво бросил я, а Настя возмущенно на отца взглянула, ища поддержки.
И не находя ее, ведь я прав.
– Пусть работает.
Преподавать в университете – престижно, итак про нас говорят, что коррупционеры, и все родственники в бизнесе, – ворчит Игорь Валентинович. – А по поводу новостей вот какое дело, дорогая: свадьбу отложить нужно."
"– НЕТ! – выкрикивает Настя, и уже спокойнее повторяет: – Нет, папа, зачем?! Платье готово, ресторан заказан… всего пара дней осталась, меньше недели, мы не можем…
– Мы можем. И перенесем.
