Автор
Романтическая история, разворачивающаяся в эпоху Александра I после Тильзитского мира. На фоне разочарования русских офицеров и перемен в обществе развивается сложное чувство между героями. Страстная любовь, общественные предрассудки и личные амбиции ставят перед ними непростой выбор между...
Раздел Chitat.online для книги «Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Романтическая история, разворачивающаяся в эпоху Александра I после Тильзитского мира. На фоне разочарования русских офицеров и перемен в обществе развивается сложное чувство между героями. Страстная любовь, общественные предрассудки и личные амбиции ставят перед ними непростой выбор между...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Романтическая история, разворачивающаяся в эпоху Александра I после Тильзитского мира. На фоне разочарования русских офицеров и перемен в обществе развивается сложное чувство между героями. Страстная любовь, общественные предрассудки и личные амбиции ставят перед ними непростой выбор между...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И это не могло не насторожить слегка Андрея, оттого поймав на себе внимательный взгляд друга, Кузаков в который раз спешно достал платок и стал суетливо вытирать лоб.
— Проклятые пироги! Так и знал, что с зайчатиной лучше бы не брать у смотрителя по нынешней-то жаре, — проговорил Александр, пряча платок за полу мундира. — Черт меня толкнул! Чуть на тот свет не отправил меня. Вот я на обратной дороге изрядно откручу ухо стервецу. Уверял же меня — «наисвежайший, сударь, пирог… только из печи как час…». Что там? Не видать коляски?
— Не видно что-то, — Андрей в очередной раз двинулся от крыльца к воротам церковным, заложив руки за спину. Кузаков нехотя пошел за ним следом, стараясь не отставать ни на шаг. Хотелось ослабить ворот мундира, но не смел — следовало терпеть. И не только сейчас — во время обряда, но и после — за обедом, что будет дан в честь молодоженов.
— Все-таки попа я этого видал определенно где-то, — проговорил Кузаков тихо себе под нос, размышляя, отчего ему таким знакомым кажется иерей местной церкви, что встретил жениха и его шаферов у входа в церковь. А потом повторил, когда Андрей переспросил как-то отстраненно. — Поп, говорю, мне знаком. Ума ни приложу, где мог видеть его…
— Не венчался ли часом с местной красоткой? — пошутил Андрей, хотя тон голоса так и остался предельно серьезным, сводя всю веселость реплики на нет. Кузаков хотел отшутиться в ответ, что вряд ли, мог только крестить кого, и тут же замер на миг, пораженный внезапной ясностью воспоминания.
Стена ливня, за которой не было видно даже спину кучера, понуро сидящего на козлах коляски и пытающегося безуспешно укрыться от дождя, пряча лицо в поднятом вверх высоком вороте армяка. Казалось, словно само небо разверзлось тогда над многострадальной смоленской землей, рыдая над тем, что довелось пережить ей почти год назад. Ту мелкую дрожь, которой било тело догоняющего полк после ранения Кузакова, тот ощутил даже в этот обещающий быть душным и жарким день."
"Темнота переплетения ветвей над аллеей. Неясное за стеной воды, падающей с серых небес, очертание дома, к которому привел его коляску, бросившийся едва ли не под копыта лошадей мальчонка в потрепанном картузе с ломаным козырьком.
— Прошу вас, барин, поедемте со мной до хозяйки! — все пытался ухватить за руку офицера мальчик, а Кузаков все уводил свои руки от его ладоней, не желая быть втянутым ни в какую местную историю. — Надобно, прям мочи нет! Младенчика крестить.
