Автор
В городе забытых поездов и загадочных переговорах звуки стучат как сердце, пытаясь ускользнуть от боли. Здесь каждый новый человек вызывает новые сомнения — что это за тайны скрываются в каждом шифре и приглашении к сотрудничеству?
Я загорелся с новой силой, наблюдая за тем, как линия его плоского живота и небольшой островок тех самых черных волос двигаются у меня между ног, без конца касаясь меня, щекоча нежную плоть и стимулируя новый рост невероятно сильной эрекции. Я кончил еще раз и чуть раньше него, потому что увидел кое-что в его глазах. Посмотрел в них и внезапно был затянут в омут жадного обожания направленного на себя.
Это… это было неправильно, именно от этого все детство предостерегал меня отец. Чтобы я не стал игрушкой, чтобы не стал чьим-то сексуальным идолом, не перешел в разряд любовников по причине своей нежности, а не сущности.
Я оттолкнул его от себя, несильно, но ощутимо, ударив в пресс ладонью, почти сразу после того, как он наполнил меня.
Глава 30
Сколько уже можно накручивать круги по Оренбургу? Столько, сколько потребуется, чтобы изгнать из моей головы Белова.
Вчера.
Он меня еще и ужином накормил. Каким-то непостижимым чудом то, что он готовил до того, как пришел я, не сгорело. Наоборот, мясо и овощи прекрасно приготовились. После нашей обоюдной небольшой заминки, я лишь натянул на себя боксерки и так и остался. Во-первых, мне все еще было жарко. А во-вторых, я сделал вывод, что мне безумно нравится, заставлять его глаза гореть. В тот момент, когда мы сели за стол, я спокойно принялся за еду, а Белов уставился на меня, сложив руки на своей груди и сидя напротив, и пожирал меня глазами.
Ладно, это моя маленькая месть за то, что сходу, как только увидел нового работника – сразу начал наседать, проходу не давал и до сих пор, кстати, не дает. И он, между прочим, совсем не реагировал, когда я его по-хорошему просил отстать от меня. Пусть теперь любуется, тем, кого так хотел видеть ежесекундно перед собой.
