Автор
Лондон в июле 1818 года: шумные улицы, густые клубы и дымок над морем создают атмосферу загадочности и опасности. Генерал Марк Гримальди, герцог Трэйнсфорд, готов рискнуть всем на вытянутую руку ради повышения в звании, которое может укрепить его позиции в политической интриге страны....
– Но сначала… Разве ты не представишь меня своему другу?
Граф в этот момент как раз подъехал к ним. Николь прикусила губу, стараясь не сказать что-нибудь по-настоящему неприличное. Повернувшись к спешившемуся графу, проговорила:
– Граф де Руссель, это Марк Гримальди. – В ее голосе звучало холодное презрение. – Когда мы с ним встречались в последний раз, он был капралом. Зная его, могу предположить, что он уже стал премьер-министром. Месье Гримальди, это граф де Руссель.
Генри – его светлые волосы остались после скачки в идеальном порядке – улыбнулся и поклонился, приподняв шляпу.
– Генерал Марк Гримальди. – Марк протянул руку для традиционного рукопожатия.
Глаза Николь вспыхнули. Правда, она все равно не смогла удержаться от колкости.
– Даже не фельдмаршал? – осведомилась она с сарказмом.
Марк не сводил пристального взгляда темных глаз с графа.
– Я намерен игнорировать свое воинское звание, – заявил он. – Тем более… что войны уже окончились. Если, конечно, вы, живя здесь, об этом слышали.
Николь нахмурилась. Граф же с задумчивым видом поглядывал то на мужчину, то на женщину, находившихся с ним рядом.
– А еще я ее муж, – внезапно заявил Марк. – Полагаю, вы не сказали об этом своему другу, мадам Гримальди.
Глаза графа округлились. Резко повернувшись к Николь, он уставился на нее в изумлении.
– Вы действительно женаты? – Он покосился на Марка.
– Да, я ее муж, – ответил Марк с усмешкой.
«Будь ты проклят!» – мысленно воскликнула Николь. И тут же пробурчала:
– Это правда. – Она тряхнула головой, и ее рыжие пряди словно ожили. Погладив пышную гриву своей лошади, она добавила: – Прошу прощения. Мне надо отвести Аталанту в конюшню. – Она отвернулась и тут же направила лошадь в сторону конюшни.
За спиной ее раздался смех Марка.
– Аталанта? Разумеется, ты могла назвать кобылу только именем женщины-воительницы, главная цель жизни которой – доставить неприятности своему мужу.
Николь стиснула в руке поводья, но не оглянулась. Вместо этого горделиво вскинула подбородок и ускорила шаг. Нет, она никому не доставляла проблем! Просто делала что нравилось, а ее за это презирали. Николь шла все быстрее, но мужчины от нее не отставали, под их сапогами громко хрустел гравий.
И тут снова раздался голос Марка:
– Мне кажется, Афродита – более подходящее имя. Лошадь женщины, наставившей рога мужу.
Николь резко остановилась и обернулась.
