Автор
Дорога до дома босса становится испытанием: жара и неожиданность — обычный день для моей незаменимой секретарши. На каблуках я бы предпочла быть на офисном столе, но здесь совсем другое дело – нужно принести данные прямо сейчас.
Чуть отстранившись от меня, он выгибает бровь.
— Да, Андрей Александрович. Да! Представляете, в жизни других людей не всё вертится вокруг… — я смотрю вниз и кручу пальцем, желая выразить всё своё презрение, — нижних чакр.
Сата́нов намечает улыбку.
— Конкретнее, Иванова, конкретнее.
— Да куда уж конкретнее. Секс в моей жизни не главное, — как отрезаю, — найдите себе девицу погорячее и… что вы пристали вообще ко мне? — я зачем-то замираю, что я хочу от него услышать.
— Ты говоришь с позиции своего опыта, который у тебя наверняка скудный.
— Я, прежде всего, смотрю на то какой внутренний мир человека…
Сата́нов поднимает уголки губ.
— Ну и как? Удалось хоть раз увидеть? — сарказмом веет так, что едва ли не сдувает меня со стула.
— С некоторыми интересно беседовать…
— Я про секс, Иванова, — возвращает меня к своей излюбленной теме Сата́нов, — и не только, я вообще про отношения мужчины и женщины.
— А я про единение душ и вообще, не сексом единым жив человек, — делюсь умозаключением.
— Не им, но секс определяет всё. Допустим, ты, Иванова.
— А что я? — хлопаю часто глазами как скажет этот Сатано́в так и хоть стой хоть падай, — меня зачем приплетать? Я обыкновенный клерк в вашей грандиозной компании. Ыы же сами знаете, что вы лучший в этом деле, — и в этих словах я искренняя, я действительно восхищаюсь Сата́новым как спецом.
— То есть ты прониклась мной как человеком с богатым внутренним миром? — прищур глаз настолько хитрый.
Я готова захныкать, мне его явно в полемике не выиграть, да он жонглирует словами, понятиями и моими умозаключениями как в цирке артист.
— Вот видишь, Иванова, как легко забрести в дебри уютных словесов. А ведь на самом деле совсем недавно ты внизу пульсировала так, что я ощущал твой запах, а если ты сейчас встанешь, поскольку на тебе нет трусиков, я уверен, останется влажный след. Всё просто, Иванова, ты хочешь меня. Я только не понимаю к чему эта игра.
Я не просто возмущена, я ещё и потрясена. Он читает меня как книгу и такой настойчивый. Но вот только не на ту напал. Я не буду той удобной секс-утехой для работающего круглые сутки миллионера, которая по приказу ноги раздвигает.
— Ну я не знаю, чего ждёте вы, а я жду от вас задания, с которого начнётся моё освобождения от долга перед вами, — аж самой нравится, деловой такой тон.
