Автор
Дорога до дома босса становится испытанием: жара и неожиданность — обычный день для моей незаменимой секретарши. На каблуках я бы предпочла быть на офисном столе, но здесь совсем другое дело – нужно принести данные прямо сейчас.
- Я сейчас свалюсь, - причитаю я тихо.
- Иванова, перебирайся на спину, да поживее, иначе за себя не ручаюсь. Пахнешь ты так ахуенно, что я сейчас найду ту подсобку, о которой говорил охранник.
Глава 14
Краснею как рак.
— Я вообще-то не так просто тут по вам еложу. Для вас же стараюсь, — обидно до соплей.
Я тут корячусь, изо всех сил стараясь усесться на босса правильно. Правильно это так, чтобы Сата́нов не дышал мне в лобок. Я неожиданно хохочу, едва сдерживая себя.
— Иванова… Ты чего? — сипло спрашивает мой босс.
— Вы мне, Андрей Александрович, дышите прямо… туда, — мне стыдно такое произносить, но лучший адвокат столицы за конкретику, и я почти конкретна.
— Прямо в клитор? — произносит он так как будто это не я сейчас у него на лице, а распластанная, едва дышащая, а он между моих ног, — положение не удобное… хм… но почему бы нет? Носом я ещё не пробовал…
Картинка предстаёт перед глазами настолько яркая, что я на миг жмурю глаза и кажется влажнею.
Вот же чёрт!
Его нос утыкается мне прямо в половые губы, проходится по ним, втягивая в себя воздух.
Эти мысли нисколько не отрезвляют. Распахиваю глаза, сдерживаю стон, по телу проходится лёгкая чувственная дрожь.
— О, боже… — только и могу произнести, ещё чуть-чуть и я прямо тут ему на лицо и оргазмирую, — не надо… ах…
— Иванова, мля… Вкусная… Это последнее китайское предупреждение.
Перебираюсь на его спину не иначе как с помощью резервных сил организма, ноги мигом становятся ватными. Наконец-то усаживаюсь на его сильные плечи.
Едва не хихикаю. Вот ведь села мужику на шею. Двусмысленное выражение. Двусмысленное положение. Ничего не делала для этого, а сижу. Даже спать не пришлось с ним. У лучшего адвоката на горбу! Никто ж не поверит.
Всё же не смогу сдержаться и хихикаю прикрывая рот. Господин контроль кажется теряет его, судя по тембру голоса.
— Ты чего? — спрашивает Сата́нов.
— Вы не можете меня контролировать, — улыбаюсь от уха до уха.
