Автор
Дорога до дома босса становится испытанием: жара и неожиданность — обычный день для моей незаменимой секретарши. На каблуках я бы предпочла быть на офисном столе, но здесь совсем другое дело – нужно принести данные прямо сейчас.
Я не знаю почему именно этот коктейль, может быть слышала в каких-то фильмах про сильно богатую жизнь.
— Иванова, не налегай, — сквозь зубы говорит мне Сата́нов.
Официант непонимающе смотрит на меня, а я готова стукнуть себя в лобешник. Пока я вспоминаю всё что знаю с уроков английского, босс говорит за меня. А через некоторое время мне приносят фреш из апельсина.
— Это не коктейль, — капризно и недовольно бурчу я, отпивая глоток.
— Алкоголь тебе и не нужен, — строго произносит он, — по крайней мере не сейчас.
Сата́нов резко смотрит в сторону и быстро произносит:
— Сядь ко мне на колени.
— Чего? — непонимающе произношу я, — вот ещё! — и снова отпиваю глоток фреша.
— Я. Сказал. Быстро, — затем повернув ко мне голову и приспустив очки с глаз, добавляет, — иначе исполню то, что не завершил в спальне, — голос при этом бархатный, с хрипотцой на последнем слове.
Я медлю, а его губы медленно расплываются в улыбке.
— Мне нравится ход твоих мыслей, Иванова, — добивает он меня.
Тело и вправду мой главный предатель.
— Не сиди бревном, Таня, дай мне почувствовать, что я самый твой желанный мужчина, — командует Андрей Александрович.
Наши взгляды встречаются, я решительно снимаю очки с его лица и они летят на стол.
— Ты можешь мне сказать, что происходит? — перехожу на шёпот.
Одна его рука по-собственнически ложится на мою попу, а вторая властно обхватывает колено и медленно двигается под юбку.
— Нет, — также шепчет он, — но доверься мне, ни на что не реагируй, как бы тебя не триггерило.
Ага, самому непредсказуемому, опасному, дерзкому, притягательному мужчине на свете, сатане во плоти?! Хм… Конечно, да!
Я кладу на его скулы ладони и ласкаю, наслаждаясь колкой щетиной, уже грозящей вырасти в бороду, которая его совершенно не портит. Прохожусь по его щеке своей, ластясь. По глазам вижу, что такого он явно не ожидает, но по сначала напрягшемуся торсу, а затем расслабившемуся понимаю, что ему нравится.
— Мля, Иванова, — на лице такая мука, что я хихикаю в ладошку и сижу смирно, обвив его шею рукой, нежно царапая его затылок.
Я едва не йокаю, когда к нам за стол садится Оболенский и господин «Жирный затылок». Я наконец-то вижу его обрюзгшее лицо с несколькими подбородками, маленькие глазки похотливо бегающие по моей фигуре, и пухлые ручки с кольцами поспешно вытирающими пот.
