В книге "Мой босс - злодей любовного романа" внимание привлекает необычный образ вашего обычного начальника. В этот раз взгляд на него замер на вас перед очередной невообразимой мыслью. Кто бы мог подумать, что с такими гениями и полудемоном связанным - сложно работать? Но вот вам приятный сюрприз: ваш босс одновременно злодей и миллионер. Он щедрый и готов распоряжаться своими деньгами в лучших интересах своего подчиненного....
— Какого черта? — поинтересовалась я, то ли у вселенной, то ли у незнакомцев, которые были разодеты в красивые, но странные, точно старинные наряды. — Что происходит? — напирала я с непонятно откуда взявшейся паникой.
Две женщины средних лет и представительный седовласый мужчина взирали на меня с недоумением.
— Эстелла? — с тревогой обратилась ко мне женщина с блестящими золотистыми волосами. Сама она была чудо, как хороша, несмотря на возраст. Но в тот момент мне было на это начхать. Куда важнее, что она обращалась определенно ко мне, вот только имя было не моим.
Женщина, прижимая пострадавшую руку к груди, изумленно распахнула глаза, смотря на меня в замешательстве, а мужчина, что до этого стоял молча, тут же приблизился и обнял ее за плечи в защитном жесте, после чего грозно поинтересовался у меня:
— Эстелла Мериголд, как ты смеешь поднимать руку на мать? — вопросил он.
Стоп. Свадьба? Какая, к черту, свадьба?! Какая еще Эстелла Мериголд? Что за хрень творится?
Панические мысли все скакали в сознании, точно блохи, а я попятилась и едва не упала, неосторожно встав каблуком на длинный подол пышного и дорогого платья.
Совершенно незнакомое мне лицо молодой, красивой и до крайности испуганной девушки, очень похожее на ту женщину, которую пытались выставить моей матерью, отражалось в стекле И, судя по выражению лица, из отражения на меня смотрела незнакомка, которая была на грани истерики.
"— Что?.. — прошипела я, машинально дотронувшись рукой до своего лица, не отводя взгляда от отражения. Незнакомка в отражении повторила мой жест в точности. – Я сплю? — с силой сжала я щеки до боли и до выступивших слез, в надежде, что вот это сейчас поможет проснуться. Пробуждения не было, но, что было страшнее, боль не оставляла сомнений, что я не во сне. Во сне, даже в самом осознанном, не может быть так больно.
