– Не надо только массой давить, – и в плечи ладонями уперлась. Какого черта вообще?!
Вадим руки мои накрыл стремительно.
– Ты дрожишь, Кать… – и костяшками пальцев скулу обвел, к шее спускаясь.
– Руки, – я дернулась, но слабее, чем следовало, чтобы его остановить. Вадим чувствовал женскую слабость, едва заметные вибрации податливости улавливал безошибочно. Эх, Антон, что же ты чаечки свои надел!
– Это новое? – большим пальцем очертил острый сосок через тонкое бледно-пудровое кружево. – Я не видел.
– Ты много чего не видел. Уходи.
Вадим продолжал гладить мою грудь, гипнотизируя дымным с поволокой взглядом. Я не знала, что чувствует грозная кобра, когда факир музыкой ее усмиряет, но со мной тоже что-то происходило. Тело истома взяла, а тлевшее внутри возбуждение с новой силой разгорелось.
В голове слегка прояснилось, когда чертов телефон опять трещать начал. Я глаза открыла и ошеломленно ахнула: обнаженная по пояс, сама жмусь к гладкой и такой же голой груди, цепляюсь за плечи, а ноги бедра узкие обвили, чтобы в возбужденный пах врезаться.
– Не смей, мерзавец! – оттолкнуть попыталась, но разомлевшее тело было совсем не убедительным. Такого мощного мужчину слабостью не остановить.
Вадим коротко усмехнулся. Для него это полная капитуляция, признание в зависимости. А для меня? Я хотела мужчину. Чтобы прижал крепко, весом придавил, вошел резко. Стонов наслаждения хочу, звуков порочных, мускусного запаха секса. Хочу снова для чувственности проснуться… А рядом бывший муж, предатель и изменник. Мужчина, который знал меня в совершенстве: как хорошо сделать, где поцеловать, куда лизнуть. Его прикосновения, ритм, напор чутко отзывались во мне. Да, Вадим знал мое тело. Если бы еще и душу чувствовал, то все могло бы сложиться иначе.
Он оторвался от моей шеи, но ягодицы мять не перестал, в глаза заглянул, отыскивая там безоговорочное «да». Когда нашел – обрушился на меня ураганом с запахом снега, зимнего ветра и возбужденного мужчины.
Мы целовались судорожно и ненасытно, рвано воздух втягивали и снова губы искали. Вадим подхватил меня на руки и уложил на пушистую светлую шкуру. В голове мимолетно пронеслось недовольное фырчание Баяна, согнанного с насиженного места, и тут же померкло, когда мое боди вниз поползло. Я выгнулась от удовольствия, ощутив горячую руку на лобке. Меня еще даже не ласкали толком, а я уже искрилась в предчувствии оргазма.
– Катя, девочка моя, не торопись… – Вадим тихо рассмеялся и перестал пальцем между нижних губок водить, подразнивая клитор и медленно очерчивая вход. Навис надо мной и языком груди обвел, соски зубами прихватывая, вниз спускался поцелуями живот одаривая.