Автор
Вместе мы стояли на узкой трассе, уверенно смеясь над моим выбором дороги. Мой жесткий мотоцикл выглядел непривлекательно рядом с его шикарной машиной. Но сегодня мне нужно было произвести правильное впечатление – будущее удавалось, и я уже собирался сесть за руль своей новой рабочей партнёрки....
Так я прожила два дня: полностью загрузила себя насущными делами, не связанными с личной жизнью, и старалась не вязнуть в мыслях. На третий – забеспокоилась. Было странно: ни Вадим, ни Максим не пытались выйти на связь. Неужели устали от моих метаний? Это могло стать забавным, в чем-то печальным поворотом. Вся такая честная и принципиальная Катерина обвинена в непостоянстве и брошена. Если так, то это справедливо.
Вечером третьего дня я решила, что хватит голову в песок прятать. Нужно поговорить и объясниться.
– Ника, телефон! – строго сказала, заметив, что прячет под одеяло.
– Мам, ну я пока спать не хочу.
– Почитай тогда.
– Можно пять минут с телефоном, а потом ты мне почитаешь?
– Давай, телефон на зарядку, и я тебе почитаю.
– Ну, мам, – и густо покраснела, даже в скупом свете ночника заметно.
– Никусь, все нормально? – я присела на кровать, по волосам погладила, в глаза заглядывая. Телефон тоненько и тихо простонал сообщением. Дочь еще больше покраснела и руки потянула к смартфону.
– Пять минут, ладно? – так умоляюще на меня посмотрела.
– Хорошо. Только скажи: у тебя все в порядке?
– Да, мам.
Видно, не терпелось ей в чат заглянуть. Взрослеет, нетерпеливой становится, даже личная жизнь появилась.
– Пять минут, – напомнила, а Ника уже хихикала и строчила сообщение.
Я свежий чай заварить собралась, пока шли обещанные пять минут, но неожиданно отвлек домофон.
– Курьерская доставка, – услышала я.
Я никого не ждала и ничего не заказывала, но дала разрешение подняться. Мало ли что. В видеодомофон убедилась, что передо мной действительно курьер в форме с логотипом и открыла. Для меня было заказное письмо, еще и с уведомлением о вручении. Ничего себе…
– Что это? – удивленно рассматривала бархатную черную бумагу, на которой серебристым тиснением было выбито время и место, куда меня приглашали.
"Склонность к эффектам и письма в последнее время была замечена только у Полонского. Но зачем? К чему такая таинственность? А если откажусь? На какой адрес выслать свое «нет»? Мне, конечно, любопытно, но не до такой степени, чтобы идти туда, незнамо куда. Я бросила взгляд на адрес. Затем вбила в поисковик.
