Автор
Я объявила мужу радостную новость о беременности, но он сразу предложил аборт. Савва продолжал делать кофе, как будто ничего не произошло, а я, стиснув тест на беременность, пыталась вернуться к реальности. Мир вокруг становился туманным, и лишь его спину в белой рубашке помогала уцепиться за правду....
Меня гложет то, что эти игрушки — я не могла бы Кире подарить. Не в таком количестве, не сразу.
Чтобы зайти в детский магазин и всё в корзину бросить. Тут подарков — на несколько лет. Дорогих. Некоторые — неоправданно «золотые».
Это то, чего я избежать пыталась. Чтобы Савва выиграл лишь за счёт денег. Купил сына и его расположение."
"Такой подход не сработал бы во взрослом возрасте, но Кирюша сейчас маленький. Он это за любовь примет. Проникнется к Савве симпатией, а потом…
— Вот! — сын отдаёт мне зайца. — Тебе.
— Ох. У тебя же был праздник, это прислали…
— Тогда — тебе.
Настаивает сын, и я целую его в пухлую щеку. А после, не сдержавшись, крепко прижимаю к себе.
Я затаскиваю Кирюшу на колени, тискаю. Малыш словно чувствует моё настроение, позволяет это.
А после, устроившись удобнее, продолжает играть. Я глажу его по медным волосам, поддерживаю его игру.
Немного успокаиваюсь. Я вижу, как сыну нравятся подарки. И забрать физически не смогу. Не настолько я хочу Дубинина убить.
Ну, самую малость.
— А теперь, — я целую сына в счёсанную щеку. — Мы пойдём кушать.
— Но…
— Пойдём. Потом ты доиграешь. Это ведь твои игрушки.
— Обещаешь?
— Конечно.
— А кто мне подарил? Не баба. Не ты?
— Не я. Это мой… Мои знакомые.
Я вру с лёгким внутренним раздражением. Но я не буду помогать Дубинину сорить деньгами.
— Нарисуем им картинку? — предлагаю я. — Поблагодаришь.
— Нет. Мам, играть надо!
Я киваю. После нарисуем, но… Вряд ли я этот рисунок когда-либо покажу Дубинину.
Сын весь ужин не замолкает. Размахивает силиконовой вилкой, продолжая щебетать об игрушках. Столько восторга у него давно не было.
Я поднимаюсь из-за стола чуть раньше. Отхожу в дальнюю комнату, находя возможность позвонить Дубинину.
— Да, Мара, — он отвечает быстро. — Что?
— Ты занят? — я пытаюсь звучать сухо и отстранённо, но рычание то и дело прорывается. — Нам нужно обсудить.
— Мне приехать? Я только закончил последнюю встречу на сегодня.
— Нет. Телефонного разговора мне будет достаточно. Скажи… Ты хоть немного думаешь? Уважаешь других? Или тебе настолько пофиг, что ты даже не слышал мои слова?
— Конкретнее, Марьям. Что я не так сделал?
— Твои подарки!
Выкрикиваю я, начинаю пыхтеть. Меня сильно злит то, как быстро Савва оступился. Практически сразу.
И заставляет терзаться сомнениями: а что будет дальше? Какие ещё договорённости нарушит бывший муж?
В трубке повисает молчание.
