Автор
Я объявила мужу радостную новость о беременности, но он сразу предложил аборт. Савва продолжал делать кофе, как будто ничего не произошло, а я, стиснув тест на беременность, пыталась вернуться к реальности. Мир вокруг становился туманным, и лишь его спину в белой рубашке помогала уцепиться за правду....
Переговоры, которые должны были закончиться до обеда, всё ещё идут.
Не сомневаюсь, что Мара нервничает из-за этого. Что приходится отменять все планы, жертвовать временем с сыном.
Она могла бы вообще не работать. Я в состоянии обеспечить семью всем лучшим. Но…
Это нужно Марьям. Её отдушина, любимая работа. Способ самовыражения. Она не только мать или любимая женщина, но и больше этого.
Поэтому подобные комментарии я придерживаю при себе. Только убеждаюсь, что девушка не загоняет себя слишком сильно. Не берёт лишнюю работу.
А занимается только теми делами, которые ей действительно интересны.
— Пап?!
Кирилл подскакивает с ковра, когда замечает меня. Что-то бросает своим друзьям, ко мне мчит.
А у меня сердце в который раз выкручивает, когда слышу его радостное «папа».
Такое простое слово, но столько смысла в нём заложено. Так сильно откликается.
Я ведь не думал, что когда-то действительно смогу стать отцом. Папой для мальчика, чья мать — Марьям.
И это имеет очень большое значение, если честно.
Рассказать Кириллу про то, что я его отец было непросто.
И я понимал её страхи, неуверенность. Каждый день давал убедиться, что я изменился. Я умею слушать, а не только переть танком.
Случай представился сам собой. Когда Кирюша умудрился стукнуть коленку, сидя на диване. Да так, что решили ехать в травмпункт, на всякий случай.
А там смутно знакомый врач и его «Кирилл Юрьевич», отчего меня перекосило. Ещё и сын это «Евич» начал повторять.
По возвращении в квартиру Марьям, я решился на разговор.
"Но я больше не мог позволить, чтобы сын считал отцом кого-то другого.
— Кир, — позвал я аккуратно. — Ты помнишь, как тебя называли? Ты — Кирилл Савельевич.
— Ага, — серьёзно кивнул сын. — Киилл Евич. Ну да.
Ладно.
Это прошло намного легче, чем мы представляли.
А после появилось это тёплое и важное «пап». Само по себе. Делая меня необычайно счастливым.
— Пап! — Кирилл подпрыгивает, пока я собираю его. — А я сегодня поствоил самую высокую бавню.
— Башню? Ты молодец.
— Я выиглал.
— Даже не сомневался в тебе.
Я практически полностью научился разбирать речь сына. Больше года прошло, но и он свои шифры меняет.
Мара только посмеивается, когда в какой-то момент я теряюсь. Не могу разобрать до конца.
Кирилл упрашивает меня пойти в парк, и я соглашаюсь. Телефон молчит, значит, Мара до сих пор на встрече.
Поэтому мне так нравятся инвестиции. Да, часто переговоры длятся вечность.
