Автор
Я объявила мужу радостную новость о беременности, но он сразу предложил аборт. Савва продолжал делать кофе, как будто ничего не произошло, а я, стиснув тест на беременность, пыталась вернуться к реальности. Мир вокруг становился туманным, и лишь его спину в белой рубашке помогала уцепиться за правду....
А к Маше не лезьте.
Уходит.
Я усмехаюсь. Маша. Вот оно как.
Интересно. Сокращение, которое девушка не для близких использует.
Балабанов с его пустыми угрозами не пугает. Малолетка, который едва в бизнес вошёл. Он может угрожать, но до дела не дойдёт.
Сил у него не хватит.
«Только этот малолетка Марьям увозит, а не ты» — ехидничает внутренний голос.
Ошибся, признаю. Прощёлкал момент, чтобы напрямую поговорить. Но время ещё есть.
Мара на меня работает. Каждый день встречаться будем. Четырёх часов мне хватит, чтобы всё обсудить.
К отелю еду в смешанных чувствах. Звонок Наташи сильно выбил меня из колеи. Не получается думать трезво.
Эмоции оголяются. Током бьют. Всё сразу наваливается.
В номере — бардак. Я запрещаю тут убираться. Стол и кровать завалены документами.
Договоры, рекомендации врачей, финансовые отчёты. Всё вперемешку. Со всем разбираться надо.
Стягиваю удавку с шеи. Бросаю галстук на кресло, туда же отправляется пиджак.
Сую голову под кран. Холодная вода стекает по коже.
Трезветь надо, Дубинин.
Думать.
Я всегда гордился своей собранностью. Но сейчас она ломается. В голове постоянный хаос.
Иду на поводу у случайных желаний. Идея стрельнула — уже выполняю. А надо собраться.
В таком состоянии хрен что получится сделать.
Новый звонок от Наташи пугает. Замираю на секунду. Самое худшее представляю.
— Савв, она проснулась, — сообщает Наташа. — Очень хочет с тобой поговорить. Ты…
— Да, конечно, — выдыхаю. — Давай.
— Привет! — разбираю детский лепет. — А ты когда приедешь? А я очень жду!
— Привет, малышка.
— Когда?
— Через два дня. Мама тебе скажет когда.
— А я…
Падаю в кресло. Вслушиваюсь в рассказ малышки, пытаясь расшифровать слова.
Ляля — как Лилия сама себя окрестила — щебечет без остановки. Голос у неё тихий, уставший.
Не понимает всего, что происходит. Просто знает, что ей бывает плохо и больно.
Но в целом ведёт себя как обычный ребёнок. Не догадываясь, что может…
Может…
В груди жжёт. Яд расплёскивается.
Хуже становится."
"Не должно так быть. Не должны маленькие дети болеть. За что? Почему?
Ну если у родителей грехи, то их и наказывайте. Не через детей, которые ни в чём не виноваты.
Она ведь совсем кроха ещё. Она недавно бегать научилась, а уже оказалась в больнице.
Укутанная не любимым пледом, а проводами и капельницами.
В её тело столько препаратов не поместится, сколько ей вливают.
