Автор
Я объявила мужу радостную новость о беременности, но он сразу предложил аборт. Савва продолжал делать кофе, как будто ничего не произошло, а я, стиснув тест на беременность, пыталась вернуться к реальности. Мир вокруг становился туманным, и лишь его спину в белой рубашке помогала уцепиться за правду....
Вызывалась, не раздумывая. Оплата в аутсорсинговой компании зависит от объёма работы. А мне нужны были деньги.
При разводе я получила хорошую долю, хватило на новую квартиру и первое время. Но мне Кирюшу нужно поднимать, поэтому я сразу бросилась с головой в работу.
Это помогало не сойти с ума, не зацикливаться на личной драме. И так как я хваталась за любое задание, то быстро собрала себе клиентскую базу. И поднялась выше по карьерной лестнице.
Генеральный ценит то, что на меня можно положиться. И я подхвачу срочную задачу, а не буду нос морщиться.
А за это…
Ну, в разгар рабочего дня я ухожу из офиса, закончив всё. Я одна из немногих, кому можно работать из дома.
Поэтому я могу раньше увидеть сына. И эта мысль сметает весь нагатив. Улыбаюсь, сидя в такси.
Сегодня Кирюша с моей мамой. Он начал сопливить, поэтому в садик не пошёл. Был счастлив остаться с бабушкой.
Я невероятно благодарна маме за всё. Безграничную поддержку, понимание.
Когда я решила переехать в другой город, чтобы не сталкиваться с бывшим мужем, мама поддержала меня.
Не задумываясь, мама продала квартиру, в которой тридцать лет прожила. Вместо этого взяла домик в пригороде.
Утешала меня, что всегда хотела на даче жить.
Не знаю, как бы я справилась без мамы и её поддержки. Той безграничной любви, которой она подпитывала меня, пока я по крупицам собиралась.
Особенно после последнего разговора с Саввой.
— Я сделала аборт, — выплюнула ему, чтобы окончательно отрезать любые связи между нами.
— Вот и умница.
Умница. Что избавилась от ребёнка, которого мы хотели.
Ну, почти не соврала. У Саввы действительно не будет совместных детей со мной. Потому что о Кирюше он не узнает.
Это мой сын! Только мой. Раз муж отказался от него, то я и не обязана сообщать, что родила.
— Ох, Марьяша, — мама впускает меня домой, но держит в прихожей. Не пускает к Кирюше. — Не спеши.
— Что такое? — я мгновенно напрягаюсь от страха за сына. — Он опять упал?
— Нет.
— Савву?
Имя бьёт под дых. Я переехала, чтобы с ним вообще не видеться. А он и тут настиг.
Я кусаю губу, справляясь с неожиданной волной взвинченности. Приехал и приехал, это меня никак не касается.
О Кирюше он не знает, всё хорошо.
— И что? — я отмахиваюсь. — В чём проблема? Пусть приезжает куда хочет. Меня не волнуют его передвижения.
