Автор
Я стою перед закрытой дверью своего дома, уже тревожно пульсирующим животиком наспех скроенная в легкий халат. Внезапный визг автомобиля заставляет меня обернуться — два телохранителя мужчины, которого я недавно узнала как моего будущего отца, разгребают мое с私人生活，仿佛他们不是来保护我，而是入侵。...
Няня здорово выручает, и даже помогает готовить еду, когда после десятичасовой смены я устало падаю на кровать, не в силах еще что-то делать. Лишь к дочке прижимаюсь, целую ее и обнимаю. Скучаю безумно по ней каждую минуту, когда вынуждена на работе быть, и оставлять такую малышку в чужих руках няни."
"Так проходит три с половиной года. Полинка подрастает, учиться ходить и немного говорит уже даже. Понимает абсолютно все. Мне тоже становиться немного проще, когда дочка стает более самостоятельно и не требует моего внимания круглые сутки.
Постепенно я обустраиваю нашу квартиру. Делаю небольшой ремонт, обставляю место для Поли, кроватку и небольшой столик. Ей в садик уже скоро.
Я забочусь о доченьке ровно до того момента, когда однажды на работе не получаю звонок, от которого кровь стынет в жилах.
Неожиданный звонок в вечернюю смену заставляет мое сердце сжаться от ужаса. Я знаю, что няня будет звонить только в крайнем случае, которого…еще никогда не было.
– Слушаю.
– Даш…Полинке плохо стало.
Чувствую как начинает дрожать рука, в которой держу телефон. Только не это.
– Что? Что с ней, говори!
– Я не знаю, правда. Мы играли с ней, потом я спать ее уложила. Все было хорошо, но потом она стала сильно кашлять и словно задыхаться. Все ручки к горлу прикладывала. Я вызвала скорую…
Я вылетаю с работы, так и не дождавшись позволения начальника. Бегу, сжимая телефон в руке, попутно записывая адрес больницы, куда отвезли дочку. Я знаю, мне не слабо попадет за прогул, но оставаться здесь, не зная что с моим ребенком, просто не имею права.
Ловлю первое попавшееся такси и мчусь к малышке на всех порах. То, что сказала мне няня, мало похоже на обычную простуду, но я со всех сил надеюсь, что ошибаюсь, и она что-то поняла не так.
Больше часа дежурю под палатой, где осматривают Полю. Там же встречаю няню, которая не знает, что мне сказать. Слезы лишь утирает. Я отпускаю ее домой. Все равно уже ничем не поможет. Это я не доглядела за Полинкой.
Нервно сжимаю пальцы, не в силах унять дрожь. Минуты кажутся часами, и я все больше волнуюсь за самого родного в мире человека. Подрываюсь с места как только вижу выходящего с палаты доктора.
– Скажите, как Поля?
Пожилой врач внимательно меня осматривает, сканируя цепким взглядом в очках.
– Вы мама?
– Да, мама.
– Хорошо.
