Автор
Я стою перед закрытой дверью своего дома, уже тревожно пульсирующим животиком наспех скроенная в легкий халат. Внезапный визг автомобиля заставляет меня обернуться — два телохранителя мужчины, которого я недавно узнала как моего будущего отца, разгребают мое с私人生活，仿佛他们不是来保护我，而是入侵。...
как мужчина гладит меня по голове, ласково и нежно, к себе прижимает сильными руками. Всхлипываю. Не вижу почти ничего из-за застилающих слез глаза, которые на морозе тут же превращаются в заледенелые сосульки. Это сильнее меня, до невозможности больно. Силы резко покидают меня, и я словно кукла, назад заваливаюсь, теряя почву под ногами.
Чувствую лишь как пальцы мужчины впиваются в мои руки, а после он грубо хлопает меня по лицу, приводя в чувство.
– Даша! Все с Полей будет нормально, слышишь меня? Она поправиться! Поверь мне, все будет хорошо! Спокойно, так, не отключайся снова, Даша, а ну посмотри на меня!
Не замечаю даже, как оказываюсь на руках у Марата.
"Проходит еще каких-то невыносимо долгих двадцать минут, прежде чем от дочки врач выходит.
– Как она?
Спрашиваю, а сама боюсь услышать ответ до дрожи в коленях.
– Состояние нормализовали, дыхание удалось восстановить, а приступ купировать. Если бы на пару минут позже привезли, не кого было бы реанимировать.
– Господи..
Прикладываю руку ко рту в попытке заглушить рыдания.
– Что нужно, говорите, любые лекарства.
Доктор утвердительно кивает.
– Лекарства лекарствами, это хорошо что вы можете все что нужно приобрести, но у малышки анемия выявлена. Надо сделать переливание крови. Чем раньше, тем лучше. Вот только у нас нет такой группы сейчас. Четвертая отрицательная очень редкая. Может у вас есть кто-то с такой группой, родственник близкий подойдет. Есть такие?
– Есть. Возьмите мою. У меня такая же группа.
Смахиваю слезу и на мужчину смотрю.
– Марат…
– Жди меня тут.
Уже через минуту Марат уходит с врачом, а я так и остаюсь ждать под дверью палаты Поли. Она под наблюдением пока, и к ней не пускают в реанимацию. Кажется, проходит еще пару часов, пока наконец, я не вижу Марата. Выглядит он бледнее, чем тогда, когда уходил. В его руках два стаканчика дымящегося чая. Черного. Протягивает один мне.
– Выпей. Тебе согреться надо.
Дрожащими руками беру стаканчик.
