Автор
В жарком эротическом танце Леонида и своей жены ощущалась непреодолимая природная дикая страсть. Свет извивался под ним, протяжно стонала, не сводила с Леонидом глаз — каждый штрих ее тела вызывал новый всплеск адреналина и желания. Книга охватывает дьявольскую интимность их встречи, где каждая угроза и уступка обещают чудесное наслаждение — но часто и боль....
Горыныч даже ничего с собой не прихватил, чтобы перекусить на бегу. Даже глоток кофе не сделал.
В гостиную вошла помощница. В ее руках было кухонное полотенце.
— Убежал, — грустно улыбнулась Зинаида и тут же спохватилась: — А ты, поешь! Скоро наш богатырь проснется и потребует мамочку!
— Спасибо, тетя Зина. — тепло поблагодарила я женщину. — Даже не представляю, как бы я справилась без вашей помощи. Вы так заботитесь о моем сыне, что не знаю, как вас и благодарить!
Женщина тепло засмеялась."
"— Ну, что ты, Асенька, мне это в радость! Дети выросли, разлетелись кто-куда.
Кряхтение Николаши в радионяне прервали рассказ Зинаиды. Я хотела уже встать с дивана и поспешить к сыну, но женщина остановила меня.
— Кушай-кушай! Я сама схожу, переодену мальчишку и принесу сюда.
Откуда только у этой казалось бы немолодой женщины столько энергии?
Мне ее постоянно не хватало. Чашка кофе заманчиво стояла совсем рядом, но я потянулась к стакану теплого молока. Как бы мне не хотелось получить заряд энергии, Николаши кофе будет во вред.
Постная каша на воде, без масла то еще удовольствие, но зато у моего ребенка не болит животик. Яйца всмятку и круассан с сыром и шпинатом прекрасно сгладили безвкусную основу моего рациона.
Сынулю принесли как раз тогда, когда я доедала. Стоило мне увидеть свое маленькое чудо, как все смущающие мысли о боссе вылетели из головы. Как можно думать о каком-то другом мужчине, когда вот у меня на руках лежит идеал?
Глава 28
Лео
Пока я раздумывал, как себя вести, и почему жена такая ласковая, Валя потянула меня на кухню:
— А я тебе кофе приготовила! Заранее загрузила, а как увидела машину, то сварила… Кстати, а где твой “порше”? Одолжил кому-то? Идём! Наш ритуал, помнишь? Я — какао, а ты — кофе.
Я позволил усадить себя за стол и хмуро посмотрел на чашку. Почему–то на сердце заскреблись кошки. Что это? Чувство вины? Валя уткнулась в свою кружку, я же осторожно пригубил горячий горький напиток. Проворчал:
— Вкус какой-то… странный.
— Новый сорт, — белозубо улыбнулась Валя и, отставив чашку, оперлась локтями о стол, демонстрируя мне роскошное декольте.
