Автор
Маришка. Когда они ссорятся, это случается нечасто. Внезапно Стас обходит стол и садится на свое место, будто привыкая к такому поведению. Я чувствую себя провинившимся сотрудником, которого сейчас будет отчитывать начальник. Муж заявляет: "Не вижу смысла продолжать этот фарс дальше. Мы разводимся."...
К счастью, когда Стас привозит ее на следующий день, она ведет себя скорее с любопытством, чем ревниво. К несчастью, когда мы возвращаемся домой, дочка все чаще просит вернуть постоянно плачущего малыша обратно в больницу, и с обиженным видом жмется к отцу, когда я кормлю маленького грудью, с умилением поглаживая его пухлые ладошки.
А однажды, я становлюсь свидетелем того, как Аришка разговаривает с братом наедине. Я только на минутку отхожу за водичкой для него, а когда возвращаюсь, замечаю, что дочка подошла вплотную к кроватке и стоит, схватившись за перегородку и грозно глядя на беззубо улыбающегося Федю.
— Мама моя! — бойко заявляет брату, который очень рад ее видеть, Аришка, поучительно наставив на него указательный пальчик и взмахивая им при каждом предложении. — Папа тозе мой! Ты не нузен, Фея! Плохой Фея!
Хоть это и неправильно, но меня очень забавляет и умиляет это представление, однако, длится это ровно до тех пор, пока Аришка, вдруг, не тянется вперед и не щипает Федечку за нос, отчего он издает громкий обиженный рев.
— Аришка! Нельзя обижать малыша, ему же больно! — выговариваю ей, беря Федю на руки и пытаясь успокоить.
Тогда уже Аришка начинает плакать, глядя на меня с обидой, и я как никогда жалею, что Стаса нет рядом и мне одной приходится отбывать срок в декретном отпуске. С двумя детьми наперевес, я кое-как устраиваюсь на ковре и спустя долгих десять минут умудряюсь их успокоить, обдумывая, как сделать так, чтобы один мой ребенок не обижал другого и не обижался при этом на меня.
Через полгода ежедневных стараний и уделения львиной доли внимания моей капризной принцессе, она все же приходит к мысли, что иметь братика не так уж плохо. А с годами, Федя с Аришкой даже становятся настоящими друзьями.
Двадцать четыре года спустя
Стас
— Ари, это правда, что ты использовала влияние своего отца, чтобы попасть на шоу? — спрашивает телеведущий скандального канала на экране компьютера у моей дочери, которая сидит с таким видом, словно делает ему одолжение одним своим присутствием.
— Конечно же нет, — скучающе отвечает Арина, идеально делая вид, словно этот вопрос ее не задевает, но я-то лучше знаю свою девочку. — Я, конечно, не уменьшаю заслуги папы в мире шоу-бизнеса, но думать, словно я нуждаюсь в его помощи — просто нелепо, Макс. Мое имя говорит само за себя и оно не нуждается в приставке Дубова. Ари — это бренд. И это полностью моя заслуга.
