Автор
Маришка. Когда они ссорятся, это случается нечасто. Внезапно Стас обходит стол и садится на свое место, будто привыкая к такому поведению. Я чувствую себя провинившимся сотрудником, которого сейчас будет отчитывать начальник. Муж заявляет: "Не вижу смысла продолжать этот фарс дальше. Мы разводимся."...
Я знаю, что Аришка скучает по мне. Когда мне не удается уложить ее перед своим уходом, она плачет мне вслед так, что сердце разрывается на части. Я потом всю дорогу до дома провожу в слезах, вспоминая ее отчаянные крики, но ничего не могу поделать. Таковы правила, установленные ее жестокосердным отцом. Я должна уйти после истечения отведенного мне времени. Хорошо хоть Люба, которая сначала относилась ко мне с холодком, со временем оттаяла. Она даже позволяет нам побыть наедине с дочкой, уходя в соседнюю комнату, хотя Стас и запретил это.
Казалось бы, за два месяца такого режима я должна привыкнуть, но боль не утихает. Несправедливость жизни убивает меня, оставляя в душе лишь обиду и безысходность. Приходится снова начать ходить к психотерапевту, потому что одна я не справляюсь, а мне надо продолжать жить ради Арины."
"Я уже перестала надеяться на что-то и думать о будущем, погрязнув в снова настигнувшую меня депрессию, пока одним воскресным утром все снова не меняется. Уже третий день подряд испытывая тошноту, я случайно замечаю на телефоне приложение по отслеживанию женского менструального цикла и понимаю, что уже давно не было повода зайти в него для новой записи.
Я не проверила правильность диагноза свекрови! Просчиталась.
Мысли хаотично наполняют сознание, мешая сосредоточиться на чем-то одном. Я снова и снова просчитываю дни, вспоминая, точно ли у меня задержка или я могла что-то напутать, из-за стресса забыть записать в приложении, но нет. Все правильно. Память выдает, что после расставания с Дубовым у меня совершенно точно ничего не было.
В груди загорается крохотный огонек надежды, но я тут же одергиваю себя.
Я беременна.
