Автор
Моего сводного брата зовут Том. Он кривит губы в усмешке и уходит, продолжая крутить на указательном пальце цепь – символ его независимости от младшего брата, который по сути является членом его семьи. Мы оба — двадцатипятилетние люди, но для нас родители стали единственной связью - недавно они поженились. С одной стороны, я за их брак рада, с другой – наша жизнь теперь зависит от нашего дяди, который известен своим уголовным прошлым....
– Если тебе не понравится на природе, то мы просто уедем. И мне всё равно, будет там Крис или нет.
Мирон решил быть за рулём, чтобы не суетиться в поисках такси. Поэтому мы садимся в машину и едем домой помогать накрывать на стол и провести время с семьёй.
Дом нас встречает музыкой и шумом. Кажется, мама решила провести генеральную уборку, потому что я слышу пылесос и громкие переговоры родителей.
– Я сказал – отдай! – раздаётся грозный голос Рэма Алиевича. – Совсем с ума сошла? Ещё роди мне на Новый год.
– Веселье начинается, – играет бровями Мирон, глядя на меня с усмешкой.
– О, Забава и Мирон! – улыбается Злата, выглядывая из комнаты.
– Что там мама с папой поделить не могут? – смотрю на неё.
– Кто шторы вешать будет, – усмехается она. – А я пылесошу.
– А мы тебе подарки принесли, – улыбаюсь, глядя на неё.
Вручаю сестре пакет, в котором лежит красивый домашний костюм, косметика и украшения. Купила все это, потому что вижу, как в ней просыпается женственность.
– Мы с Забавой сами повесим шторы, – слышу голос Мирона из комнаты.
Иду следом за ним. Смотрю на насупленных родителей и вздыхаю.
– Мам, ну вообще-то тебе на самом деле не стоит рисковать, – смотрю на нее строго и ловлю на себе благодарный взгляд отчима.
– Я беременная, а не больная, – фыркает она, складывая руки на груди.
– Я, помнится, на ОМОН нарвался, когда в твое отделение к просто беременным попал. – тут же хмурится отчим, зеркаля позу мамы.
– Они лежали на СОХРАНЕНИИ. – оборачивается к нему она.
– Все, хватит! – влезаю между ними.
– Да он уже все готовое заказал и привез! – обиженно смотрит на меня мама. – Мне вообще делать ничего нельзя!
– Мам, извини, но тут я на стороне Рэма Алиевича, – глажу ее по животу. – Сложные вторые роды в анамнезе, Злата родилась раньше срока.
– В этот раз все будет хорошо, – отрезает она резко, и у меня складывается ощущение, что ведет так себя, потому что боится. Боится, что что-то пойдет не так опять и пытается отвлечься всеми силами.
– Надо бы вам с Рэмом Алиевичем съездить в какой-нибудь дом отдыха, вдвоем, на недельку. А мы бы со Златой посидели.
– Тимбилдинг, – добавляет Мирон и отчим с усмешкой фыркает. – Алиса Олеговна, а можно вас попросить приготовить омлет, как тогда, когда я гостил у вас? А то мы с Забавой не успели позавтракать. Вкусный такой был!
– Конечно, Мирош, – тут же реагирует мама на просьбу Мирона и уходит на кухню.
– Это, типа, я тебя не кормлю? – хмурюсь.
