– Я быстро, за часик управлюсь. Вы пока перекусите, а?
Ей никто не ответил.
Скаллигрим присел на корточки, обнюхал покрышку автофургона («Совсем спятил, – подумала Лейка, – хорошо хоть грузчики не видели»), вздохнул и двинулся дальше. Троллиха с сыном потопали за ним. Лейка – тоже.
– А вообще, – продолжала она, стараясь не отставать, – если хотите пораньше добраться до Стокгольма, то лучше не на поезде, а на самолете. Деньги у вас есть?
– Типун тебе на язык, – проворчала троллиха. – Какую глупость несет, безмозглая девка! Самолет! Давай, Скалли, ее тут бросим.
– Что значит «бросим»?! – рассердилась Лейка. – Еще кто из нас безмозглый!
Скаллигрим снова остановился. На этот раз – на перекрестке. Его внимание привлек еще один фургон. Вернее, небольшая фура-холодильник. В таких привозят йогурты и плавленые сырки из Финляндии.
У фуры были нерусские номера со значком Евросоюза. Не поворачиваясь, Скаллигрим подал знак жене. Та подхватила под мышку Нильса.
– Так ты едешь с нами или нет? – спросил он Лейку.
– Еду я, еду! Дайте только собраться! Я…
– Некогда, – буркнул Скаллигрим, и Лейка почувствовала, что взлетает в воздух.
Лязгнула дверца фуры, и ошалевшая Лейка очутилась в холодном темном плену. В ту же минуту фура тронулась и покатила вперед, набирая скорость.
– Мам, я посплю до таможни? – раздался рядом голос Нильса.
Лейка вскочила на ноги и чуть не упала, споткнувшись о троллиху.
– Под ноги смотри, пища, – недовольно проворчала троллиха.
– Куда тут смотреть! Темнотища! Да вы что, с ума посходили?! – взвыла Лейка. – Немедленно выпустите меня отсюда!
– Ты сама хотела с нами ехать, – пробасил из темноты Скаллигрим.
Лейка, шипя ругательства себе под нос, ощупью добралась до двери и навалилась на нее, пытаясь открыть. Дверь не поддавалась.
– Изнутри ее не откроешь, – флегматично заметил тролль.
Он был прав.
– На первой же остановке я выхожу! – заявила Лейка. Хорошо хоть у нее с собой сумочка с документами и деньгами. – И только посмейте меня остановить!
И принялась устраиваться на полу. Раз в ближайшее время выбраться не удастся, надо попытаться устроиться с максимальным комфортом. Комфорта не получилось. Пол был металлический и прямо-таки ледяной.
– Без еды, без теплых вещей! – причитала Лейка. – В этом холодильнике! Я же тут замерзну!
– Какая она шумная, – проворчала троллиха. – Скалли, заставь ее замолчать!
– Она скоро сама замолчит, – ответил из тьмы тролль. – Когда охрипнет.
* * *Черный «пассат-универсал» Ильи Всеволодовича ухнул двумя колесами в яму, взревел движком, выскочил и припарковался, чиркнув резиной по поребрику.