Автор
Джулия Миллер любила Гайд-парк как второе дыхание. С детства каталась на лошадях в этом лондонском саду, начиная с первого верхового коня и заканчивая чистокровными кобылами. Теперь здесь каждое приключение — своеобразный дом ее сердца, где она открывает душу всем новым знакомствам....
На шее был повязан шейный платок. Прекрасно сшитая одежда контрастировала с длинными волосами. Он был одновременно похож и на аристократа, и на отважного авантюриста. При этом он был чертовски красив, пусть даже Ричард воздвиг холодную стену злости между собой и остальным миром. Джулия задалась вопросом, чем он занимался все эти годы. Почему он с такой неохотой рассказывает об этом? Когда она прежде задавала ему вопросы, Ричард всегда давал на них глупые ответы, поверить в которые было совсем непросто. Но теперь ей нужно знать правду.
– Ты на самом деле был пиратом?
Она пожалела о своем вопросе, стоило ему прозвучать. Не время обсуждать прошлое, когда они понятия не имеют, что делать с будущим. К тому же Ричард еще не успокоился.
– Это осталось в прошлом, – не глядя на нее, ответил он.
Она не ожидала, что это правда.
– Был?
– Да.
– Почему ты мне ничего не рассказывал?
– А зачем? Ты сочла бы это весьма странным, расскажи я, что вел подобную жизнь…
– Но жизнь пирата, Ричард! – воскликнула Джулия, словно пыталась в чем-то оправдаться.
Ричард посмотрел на нее. По его губам скользнула легкая улыбка. Неужели ей удалось пробиться сквозь стену его гнева?
– Если под пиратами ты подразумеваешь кровожадных головорезов, то ты права. Те пираты остались в прошлом веке. Позволь рассказать тебе о моем капитане Натане Бруксе. Он отец Габби, добрый, славный человек, а когда-то он был пиратом…
Вскоре Джулия, как завороженная, слушала рассказ Ричарда о его приключениях на борту «Сварливой Джуэл».
– Кладоискательство всегда было истинной страстью Натана. Почти половину времени мы этим как раз и занимались, охотились за сокровищами пиратов прежних времен.
– Тебе на самом деле нравится на Карибских островах?
– Нравится? Я полюбил их всей душой, хотя далеко не все привыкают к тамошней жизни.
