Автор
Утро для Егора — обычный день в повседневной рутине хирурга. Пальцы застучали по бумагам, словно прикованные к бесконечному списку задачи. Но звонок на мобильник прерывает его дыхание: отец жены вызывает на дом. Сквозь мелодичные мысли про карандаши и деловую рутину врывается воспоминание о бывшем, от которого сердце забилось быстрее....
— Вещи кое-как собирала в Москве или специально мне назло не все положила? Воровка! Тебе отец такого жениха нашел! А ты что сделала? Вместо благодарности парня посадить захотела? Хорошо Марат за сына всегда горой! Так тебе и этого мало? Нажаловалась, гадина! Айдар с Маратом разругался, бизнес трясло, как они расходились! Марат слег, сердце, скорую вызывали, еле откачали! А все ты, поганка! — тычет в меня пальцем, а я с неверием в реальность происходящего, пытаюсь понять ее слова.
— Замолчите! — Резко и громко командует Егор, и правда, она замолкает.
На татарском она меня куда хуже называла. Но на русском и рядом с мужчиной такими словами не кидается. А мне и этого хватает, лицо красное, мне стыдно перед Беловым и перед случайными свидетелями. Я не чувствую себя виноватой ни в чем из того, что она говорит, но то, что я оказалась в такой ситуации у кладбища, выносит, и мне плохо. Егор смотрит на меня, мол, будем что — то объясняться или поедем? А мне хочется уйти и не видеть, и не слышать ее.
— Егор, я ее год терпела, сейчас… не хочу слушать этот бред, а оправдываться мне не в чем, ты знаешь.
— Идем. — Он отодвигает женщину в сторону и подталкивает меня в сторону такси. Оборачивается. — Есть претензии? Подавайте в суд.
Мы обходим кипящую от злости, но молчащую тетку по дуге и садимся в такси. Прижимаюсь к Егору, меня колотит. Я ничего плохого лично ей не сделала, вещи все, что были в квартире, отправила по ее адресу.
— Как ты с ней жила целый год?
— Жила… У меня вариантов не было.
Егор успокаивает, обнимает, гладит меня по плечам и голове, я молча согласно киваю, что да, не стоит обращать внимания. Я не хочу обсуждать все это в такси, гоняю в голове то, что сейчас произошло, лицо тети, слова ее и прошлое, складываю по крупицам и вдруг понимаю, откуда могла вырасти эта злость. Наивная девочка, я даже подумать не могла…
До вылета еще много времен и мы садимся за столик в кафе.
— Мама иногда жалела ее, что она всю жизнь старой девой живет, так и не вышла замуж. Дед рассказывал, что у нее был роман в молодости, который ничем не закончился. Мужчина взял в жены другую девушку, ту, что выбрал его отец. А она осталась одна, страдала, ни с кем не встречалась. Мой отец почему — то считал важным ей помогать.
