В Мой холодный мужчина читатель найдет эмоционально напряженную историю о молодой женщине, которой трудно признать свою способность к интуиции. Проникновенно и живо описана непростая динамика отношений в семье, где мальчики пытались скрыть ее уникальные способности....
К обеду второго дня межзвезный экспресс совершил еще один гиперпрыжок, оказываясь в пространственном коридоре, который вел к Ариате.
Снова залезла в Межгалактическую сеть, решив поискать информацию о планете. Из-за ее закрытости сведений по-прежнему было мало.
Чуть меньше тысячи лет назад на Ариату упало несколько метеоритов. Это изменило климат планеты и существующий генотип: растения приобрели уникальные свойства, появились редкие животные, а вода в некоторых озерах стала целебной.
Но самые серьезные трансформации произошли с расой.
Но ариаты, вопреки опасениям, оказались пусть и сильной, но при этом достаточно дружелюбной и готовой идти на контакт расой. Четыре лидера, управляющие планетой, принимающие на советах решения и законы, заключали с Межгалактическим советом разного рода сделки.
Сама планета, когда я увидела ее в иллюминаторе, напоминала Землю в те времена, когда она еще была полна лесов и чистых рек. Я с любопытством рассматривала Ариату, сгорая от нетерпения на ней оказаться.
В космопорте, построенном по стандартному принципу, я больше смотрела на самих ариатов, чем на что-то еще. Внешностью они походили на землян, разве что ростом повыше где-то на голову или чуть больше, а глаза у них, когда они использовали свои способности, иногда меняли цвет.
Зато характер сразу чувствуется. Немного замкнутые, уравновешенные и волевые. Такие любое дело, каким бы сложным оно ни было, доведут до конца, приложив невероятные усилия. Ариаты не просто не любили сдаваться – не умели.
Даже интересно, насколько непросто мне будет среди них?
До Хантума, города, где мне предстояло жить, надо было лететь почти два часа.
Решив, что лучше провести время с пользой, написала сообщение Гиате, рассказав о своем путешествии, поинтересовалась, как дела у нее. И путь до Хантума пролетел совсем незаметно.
