За многие годы Кларский действительно научился прекрасно драться. Оля от новой порции ужаса – в этот момент ее мог понять только тот, кто видел своими глазами, как его близкому человеку причиняют боль – закрыла рот руками. Ника, сидевшая в машине, и точно с таким же ужасом наблюдавшая за происходящим, хватилась за волосы. Парня ей было жалко, но больше всего она боялась, что Укроп сейчас натворит таких дел, о которых в последствии будет жалеть!"
"– И давно вы вместе? – взял Димку за волосы Никита.
– Давно. Мы познакомились раньше, дебил, – хрипло отвечал тот, чувствуя холодный металл крови во рту.
Ник выругался. Дима попытался пару раз ударить его в лицо, но удары вышли по боковой, смазанными, не в полную силу. А Кларский словно вообще их не замечал. Миг – и Чащин снова оказался на земле, сплевывая кровь.
– Падаль! Поднимайся! Давай, поднимайся! Опробуем кастет. – Усмехнулся Ник, и никто не увидел в этой усмешке боль от предательства. И друг, и девушка. Красиво все провернули за его спиной!
Он почти с удовольствием занес руку над Димой.
– Никита! Не трогай его! Не надо! – вдруг кинулась ему наперерез Ольга, закрывая собой Диму.
И Ник едва не ударил девушку, но вовремя смог остановиться, хотя, если честно, в какой-то момент ему хотелось проломить ей голову – ей, а не другу.
– Пошла вон, – грубо велел ей он, тяжело дыша от гнева и обиды. – Пошла вон, Nзапрещено цензуройN. Пошла, я сказал!
– Не трогай его, пожалуйста, – по-настоящему заплакала Ольга, и ее слезы, которых Никита прежде никогда не видел, охладили его пыл. Он совсем опустил руку.
– Оля, отойди! – крикнул Дима сквозь боль, понимая, что в порыве злости его друг (или уже бывший друг?) может навредить девушке. – Пожалуйста, отойди!
Ольга отходить не желала. Она, напротив, близко подошла к Никите, глядя глазами, переполненными слезами в его жесткие глаза и вцепилась пальцами в рукав его пиджака.
– Не надо, не трогай Диму, не надо, не надо, – дрожащим голосом говорила она. – Прошу тебя, ради Бога, отпусти его.
– Я его сейчас убью. – Пообещал Ник почти радостно. Пусть страдает, дура. Ей полезно.
– Эй! Успокойся уже! – раздался пугливый женский голос. Это Ника все-таки выбежала следом за Никитой. И теперь перед парнем стояли уже две девушки, со страхом на него взирающие. Как будто бы он был каким-то чудовищем. Чудовищем! А не вершил правосудие!
– Никита, – дрожащим голосом проговорила Ника, – успокойся, ладно?
Ник с легкостью оттолкнул испуганную Нику и безмолвно плачущую Ольгу и вновь подошел к Диме.
– Готов к смерти, придурок. Две бабы тебя защищают. Хреново, да? Может, ты и сам баба?
Тот просто послал друга, за что получил ногой по животу.