А теперь ты сама мне предлагаешь помощь!
– А ты что, такой гордый и не можешь ее принять? – прокричала девушка. – Тогда сам засунуть свою гордость куда подальше!
– Замолчи. Не зли меня. – Он уже был в коридоре. Нику хотелось скорее покинуть это место, вернее, эту девушку. Он не может остаться! И взять ее с собой – тоже! Не Судьба… Ни с Олей, ни с Никой. Да и не рассматривал он никогда Карлову в таком ракурсе – только сейчас ему пришло в голову, что возможно, именно она – та самая, которая станет его путеводной нитью в «белый» мир. Только уже слишком поздно.
– Я тебя все равно не боюсь, – соврала она, сдерживаясь, чтобы не схватит его за руку.
– Отлично. Все, я ухожу. Не выходи на улицу. Спасибо тебе. За все. Пока, – сказал отрывисто Никита, беря в руки шлем-интеграл.
– Ну и пока. – Ответила девушка с болью в голосе. Она ненавидела прощания. С детства ей казалось, что когда-то кто-то уезжает, в ее жизни рушиться что-то важное. А сейчас это чувство просто-таки зашкаливало за все вообразимые пределы."
"Никита Кларский вышел из квартиры, лишь один раз оглянувшись, а после аккуратно захлопнул дверь за собой. Ну вот и все. Теперь он не станет под угрозами навязывать ей свое дурацкое скучное общество. Не будет таскать за собой по всяким идиотским местам. Ее не утащат больше никуда какие-то там бандиты-гопники, а его страшный брат больше не станет интересоваться, готова ли Ника выйди за Никиту замуж. Теперь все станет, как и прежде, и можно будет ходить гулять с подружками, и веселиться в клубах, и знакомиться с парнями, и не переживать по поводу того, что вот-вот ей вновь нужно будет встретиться с Укропом, а при встрече контролировать свои слова. Ничего это уже не будет и… Эй! Так нечестно! Пусть это будет!
– До встречи! – вдруг прокричала Нику вслед девушка, понимая, что упустила из рук что-то важное, хоть и острое и ранящее до крови. – До встречи, идиот! Идиот! Свинья набитая!
Может, он сквозь стены услышит ее обидные слова и вернется, чтобы, как всегда, припугнуть и нагрубить? Если даже Ник и слышал что-то, он не вернулся. В квартире повисла пустота.
– До встречи, Никита. – Проговорила Ника тихо совершенно другим голосом, чувствуя в горле кирпичный ком.
Она вернулась в комнату, вспоминая их мимолетный поцелуй, и от неожиданности вскрикнула – Ник забыл барсетку. Она так и осталась лежать на стуле. Кровь толчками стала раскачивать сердце, а в душе воцарилась паника. Нет, стой, вернись! Никита! Ты ведь забыл!!
В груди девушки неожиданно птичкой забилась надежда. Надо отдать Нику барсетку. Если она догонит его сейчас, то все будет хорошо потом.