К тому же некоторые из них вспомнили, как Лаки Бой обнимался с какой-то девчонкой прямо на перемене в университете. Те, кто, по меткому выражении Марии, входил в круг неблизких друзей Смерчинского, вошли в самый настоящий раж. Один из его приятелей, изрядный приколист, даже предложил в понедельник объявить что-то вроде «дня любви» для Смерча и устроить тому всяческие романтические сюрпризы, а заодно познакомиться с его девушкой.
Ланде, случайно зашедший к ним «на огонек», пришел в тихий ужас – о том, что скрывает Смерч, никто из этих ребят узнать не должен был, но каким-то образом тайное стало явным. Хорошо еще, самое главное так и оставалось для всех загадкой. Конечно, Смерч скрывал не такой уж и великий секрет, но это было его личной тайной и рассказывать о ней всем подряд он не собирался. Обо всем, как Денис и говорил, знали только сам любитель шарфов Ланде, зеленоволосый парень по кличке Черри и еще несколько человек, в том числе вроде бы и задорная с виду третьекурсница с громким голосом, которая вроде бы должна была помочь Дэну. Но все планы Счастливчика теперь могли просто-напросто поплыть только из-за того, что кто-то распустил нелепые слухи! По крайней мере так считал Ланде.
Превозмогая неприязнь, он связался с Черри, как раз засыпавшим после бурной ночной вечеринки, и, выслушав от того кучу брани, сказал взволнованно:
– Заткнись хоть на минуту и выслушай умного человека.
– Ну, хрюкай, – барственно разрешил ему зеленоволосый.
– Тут у Дэнва проблемы, – сухо начал Ланде. – Тут все думают, что он начал встречаться с Бурундучком, ну с той девочкой, помнишь?
– И? – зевнул на том конце провода Черри.
– Шевелить мозгами иногда не менее полезно, чем пить, – изрек светловолосый полунорвежец. – Прикинь, вдруг у него вообще ничего не получится… И как раз из-за этого. Да и не нужно, чтобы о нем такие слухи ходили. Дэнв вообще ни к каким отношениям не готов. Наверняка ему это слышать по меньшей мере неприятно. Или просто элементарно больно.
– А, точно, – дошло наконец до второго молодого человека. – Если у него не получится, тогда он точно доведет меня до суицида своим нытьем. Черт дери всех сплетников на свете! И нашего бесконечного добряка… Ладно, придурок, мы поможем.
– Сам придурок, – огрызнулся Ланде, – но поможем.
В понедельник слухи умудрились разлететься и по университету.
Молодые люди, увидевшие Дениса и Машу на площади Трех роз, долго еще обвиняли друг друга в том, кто первым проговорился остальным.
– Мы же договорились молчать, Лена! – говорил потом, через день, парень, сердясь.
– Я и молчала! Я только Янке по секрету сказала, но она умеет хранить секреты! Ты же знаешь, – призналась наконец девушка."
"– Знаю! – фыркнул парень. – Теперь не только я.