Когда эльф оказался в власти империи три века назад, его память была стерта. Теперь он — телохранитель, воспользовавшись его уникальными способностями для обороны имперских исканий. Но когда любовь незаметно пробуждает душу Киборга, придется решить: оставаться в покое или вырваться из-под власти?...
Халат я обычно снимала в темноте, даже несмотря на то, что под собой он скрывал довольно целомудренный комплект для сна — шорты и майку.
Развязывая пояс халата, я прислушивалась к шумному сопению за спиной. Агент злился. Какой мой поступок подбросил дров в топку его раздражения?"
"После душа эльф был тих, молчалив. Я не пыталась его расшевелить, списывая странное поведение Эль-Охтарона на неловкость, которую тоже испытывала. Сегодня во время водных процедур я отчего-то смущалась особенно сильно, хотя, казалось бы, давно должна была привыкнуть к обнаженному виду Агента.
Этим вечером в ду́ше мне чудилось, что Эль отзывается на мои прикосновения дрожью. Что, когда я дотрагиваюсь мочалкой до его твердых сосков, он едва сдерживает стон удовольствия и даже незаметно подается навстречу в попытке продлить ласку. Возможно, у меня просто разыгралось воображение. Но что игрой воображения точно не было — моя собственная однозначная реакция на близость Агента.
Неудивительно, что я ощущала себя немного пришибленной и не сразу обратила внимание на хмурый вид своего подопечного.
Но почему он бесился?
В темноте спальни раздался долгий раздраженный вздох, словно Агент ждал, что я спрошу, чем он недоволен. Но я молчала — и без того наговорила слишком много.
Соскучилась? Ну кто тянул тебя за язык, Алайна? Приятно было в ответ на свое признание получить взгляд, полный возмущения и враждебности?
Спустя пять минут напряженной тишины Эль-Охтарон не выдержал — сам озвучил свою претензию.
— Соскучилась? — спросил он голосом, дрожащим от обиды. — Поэтому от тебя пахнет тем очкариком?
Ах вот оно что! Неужели Агент ревнует и оттого так странно себя ведет?
Похоже, пришло время поделиться с ним своим планом, рассказать о яде и задании Мелинды.
Боги, дайте сил и терпения!
— Это не то, о чем ты подумал…
Черт! Более неудачное начало сложно было представить.
— Если тебе нужен секс…
Опять двадцать пять!
Я потянулась к выключателю, но остановилась на полпути, решив, что в темноте легче прятать лицо, пылающее от смущения.
— Да при чем тут…
И снова мне не дали открыть рот.
