Автор
Чай был горячий и вкусный, а кружка с сердечками напоминала детство. Я сидела в новом удобном кресле, переполненном бумагами и мелкими повседневными вещичками. Этот уютный кабинет стал местом, где я наблюдала за миром через свои глаза, незаметно погружаясь в свой личный кошмар....
— Ты что, плачешь?
— А ты не видишь? Ты идиотка, что ли? — вскрикиваю я. — Ты меня не слышишь? Позови сюда Стаса….
— Ты лечись, слышишь, чокнутая. — ворчит Смирнова и покидает мою комнату, с явным недовольством.
— Сама такая, — шепчу этой мегере, и хватаюсь за живот. С самого утра он поднывает и раздражает меня. А между ног вообще, ужас. Там как будто нождачкой терли. И хотя боль теперь скорее ноющая, это ситуацию не сильно спасает. Даже не знаю как пойду в институт. Да и не уверена, что это стоит делать.
Когда она уходит, я наконец, могу побыть одна и хоть немного могу успокоиться.
Видимо, он вчера вымыл меня и перестелил постель. Или это сделала я сама, не знаю. Все как в тумане, и совершенно не хочется ни о чем задумываться.
Стас появляется через десять минут сонный и недовольный.
— Тань, что за дела? Какого лешего случилось, что ты будишь меня в такую сраную рань?
Всхлипываю и прижимаюсь к брату всем корпусом.
Вот только не защитит. Не сможет. Кремень вчера отлично дал мне понять, что именно он сделает со Стасом если он внезапно вмешается в это дело. Доставлять проблемы брату, мне бы не хотелось.
Или рассказать? Может все не так плохо?
Смотрю на него и не знаю что делать…. Он вроде бы спокоен, и ничего не боится. Но сможет ли он мне помочь?
Не знаю….
— Танюш, да что с тобой такое? — братец серьезно расстроился и теперь смотрит на меня с удивлением и заботой. — Ты заболела, сестренка? Может вызвать врача?
Всхлипываю с новой силой и утыкаюсь в подушку от боли и безысходности.
Навряд ли мне поможет врач. Сомневаюсь, что в мире присутствует человек, который реально мне поможет. От этого на душе становится абсолютно паршиво….
— Стас, ты можешь меня в больницу проводить? — когда немного успокаиваюсь, поднимаю взгляд вверх и встречаюсь глазами с задумчивым Стасом.
Судя по напряженному лицу брата и прищуренным зеленым глазам, он уже о чем-то догадывается. Я боюсь, что если он что-то узнает, то это и правда, может плачевно закончиться для него. А мне бы этого не хотелось. Как ты там не крути, но он мой родной брат. Единственный родственник.
— Ладно. — отвечает братец и выходит из комнаты. — У меня первая пара каллок, но я что-нибудь придумаю, сестренка. С Ольгой, же ты, как я понимаю не пойдешь?
— Нет.
