Автор
В зале урчащих телевизоров и пьяных гамма-волн лежит Мой любимый тиран: мир без мужской власти, где женщины правят безукрашенной диктатурой. Здесь каждая брюнетка, блондинка или шатенка одета в черное и руководит армией неумолимо эффективных замков и брутальных подчиненных....
- Он просто с тобой ошибся! – не унималась Ольга, - А его уровень – доступные девки! Вот честно, Нин! Я бы на твоём месте побрезговала…
- А я и брезгую, не сомневайся! – девушка прекратила предаваться отчаянью и разбудила в себе гордость и злость, - Не могу поверить, что я была такой дурой!
Она резко метнулась в комнату и принесла телефон. Оля в ужасе замерла, готовясь в любой момент выхватить у отчаявшейся подруги трубку. Но Нина, разгадав её замысел, широко улыбнулась:
- Не бойся! Я не настолько уж пала!.
Она со злорадной усмешкой открыла телефонную книжку и аккуратно вбила вместо «Идиот», «Беркутов К.С.»…
ГЛАВА 20
На очередном совещании начальников отделов, Константин Сергеевич постоянно ловил себя на мысли, что его раздражает манера Секунды прятаться от его взгляда за широкими плечами коллег. Уж очень ему хотелось поймать её взгляд и, если повезёт, прочесть по нему, что она чувствует!
Он проклинал себя за ту глупую выходку в клубе! Всему виной невоздержанный алкоголь и его преотвратнейшее настроение! Чёрт дёрнул его представить им эту девицу! Ясно же было с самого начала, что таких девок с уважаемыми тобой людьми никто не знакомит!
А ещё эта её… активность! Подружка Секунды наверняка заметила, куда эта мамзель лезла руками! Нет сомнения, что всё в красках передала! Ещё и, небось, с личными комментариями…
Тьфу-ты, дурак! Как можно было так по своей воле изгваздаться?! Нет сомнения в том, что Нина теперь его ненавидит!.
Он попытался отклониться немного назад или податься вперёд, чтоб рассмотреть что-нибудь, кроме хрупких рук, лежащих на столе и сжимающих карандаш… Но ничего не вышло… Плечи сотоварищей и сотоварок прикрывали девушку, как броня!
- Секунда, Вы что, не записываете?! – сделал он довольно сомнительную попытку привлечь внимание Нины к себе.
Все остальные, сидящие за столом и также, как зам главбуха, плюющие в потолок, нервно затеребили ручки и заозирались.
- Я всё запоминаю, Константин Сергеевич, не беспокойтесь, - прозвучал звонкий голосок куда-то в воздух, но устрица так и не выглянула из своей раковины.
