Студентка элитной академии заключает опасную сделку со своим заклятым врагом – высокомерным аристократом Иденом Реймом. Ей нужно притвориться его избранницей, чтобы спасти разбитое сердце. Но что произойдет, когда игра станет реальностью?
Если отшатнусь сейчас – все станет хуже. Он это знает. Мы оба знаем.
Зачем он это делает?
Думать сложно. Во мне свиваются злость и стыд, и ужас, и волнение. Я жду, что губы Рейма окажутся такими же наглыми, как пальцы, – и в них действительно полно самоуверенного напора. Но вместе с тем есть и что-то еще. Они замедляются ненадолго, словно давая мне миг передышки или ожидая, когда я ослаблю бдительность.
Или предлагая прочувствовать что-то, чего я чувствовать не хочу.
Жар интимных прикосновений. Сладкий зуд под языком. Запах, от которого кажется, что мой рот набили ежевикой.
Меня вдруг колет безумное желание: включиться в борьбу, прикусить его губу, чтобы он не отделался так просто. Зубы действительно прихватывают нежную кожу – и я останавливаюсь лишь чудом.
От мысли, что мне это почти нравится.
Мне не должно ничего нравиться в этом поцелуе.
Заставляю себя замереть, потом отрываю руку от груди врага, касаюсь его щеки вслепую – надеясь, что со стороны выглядит нежно. Пальцы дрожат на гладкой коже, и желание ее исцарапать я тоже с трудом давлю.
Моя ладонь все еще там, когда «избранник» наконец останавливается – спустя вечность. Когда мои губы свободны, хотя горят.
Как все внутри.
Как глаза Рейма.
Он не выглядит ни виноватым, ни смущенным. Удерживает меня еще несколько секунд.
– Отпусти, – шепчу я.
Он, хвала Стихиям, слушается: руки наконец сбегают с моего плеча и шеи.
– Ну вот, поссорились и помирились, – говорит враг. – Не придраться.
Я тяжело дышу. У меня закончились все слова, ни одного подходящего ответа не лезет на язык. Понимаю, что не должна оборачиваться, – поэтому продолжаю смотреть на «избранника», надеясь просверлить дыру у него в переносице.
Это не очень-то просто, особенно когда он добавляет:
– Ты мило кусаешься.
Я сама беру его руку и в этот раз накаляю ладонь – как на первом занятии у Илмана.
– Еще один танец, Келли, – улыбается он почти примирительно. – И потом сбежим отсюда.
Скупо киваю.
Только когда он уводит меня, чтобы потанцевать, будто ничего не произошло, я оглядываю зал. Многие лица обращены в нашу сторону, но они все расплываются. Ищу Ала, но его нет. Нигде.
На меня наваливается чувство вины. Его только что подставила собственная избранница, а я не нашла возможности даже поговорить с ним толком по этому поводу. И поцеловалась с Реймом у него на глазах вдобавок.
Прекрасно, просто изумительно.
Зато я успеваю заметить Глорию – которая вылетает из зала пушечным ядром. Каблуки так и стучат.
