В зале барная лавка заполнилась ожиданием, а я стою у окна. Передо мной накачанный драконий пунш со смуглыми глазами и раскосой физиономией официанта в традиционных одеждах. Одета я как всегда — хрупкая девушка, но на фоне этого кружки бурлящей зелени и ритма клуба выглядываю совершенно невероятно....
– И этого бреда я тоже больше не потерплю.
– Я вообще не должна это слышать! Что вы наделали? По-вашему, так налаживают отношения с семьей?
– Да. Ты права. Мы уходим. – «Избранник» хватает меня за плечи и действительно разворачивает, но в спину летит:
– Ты знаешь, как он расстался с предыдущей невестой? Он тоже считал, что они друг другу подходят, ведь достаточно вместе спать и творить гадости. Он прикрывал ее – как тебя сейчас, только ради нее он пошел гораздо дальше."
"Мне неожиданно неприятно это слышать.
А Рейм-старший продолжает:
– Из-за нее весь высший свет едва не начал шептаться, что мой сын пытался изнасиловать какую-то девицу.
Рука на моем плече каменеет. Я буквально чувствую вспыхнувшую злость рядом – как свою.
– Тебе ведь так важны слухи, – цедит Иден.
– Думай что хочешь, но с меня хватит твоих выходок. Я не оставлю все просто так.
Пальцы разжимаются, и Иден Рейм бросается назад – миг мне кажется, что они сейчас сцепятся с отцом, но он чудом замирает в полушаге.
– Еще раз тронешь Келли – и между нами все будет кончено однозначно. Я растрезвоню на весь высший свет, что мой отец – полнейший мерзавец, который изменял собственной жене. Довел ее до смерти. Вылью всю демонову грязь, которую ты старательно прячешь от чужих глаз, прямо на нашу семью.
Я думаю, что у откровенности должны быть границы. И мы только что успешно размолотили их так, что осколки звенят по всему огромному особняку.
Кинан Рейм не отвечает, хотя я сильно сомневаюсь, что он убежден. А «избранник» наконец повторно хватает меня за плечи, чему я рада как никогда.
Мы добираемся до двери. Хвала огню.
* * *Следующие полчаса я помню плохо.
– Ты знал? – отрывисто спрашивает у него Иден.
– Подозревал, что вряд ли вечер пройдет спокойно. Но нет, такое в планы не входило.
Мне кажется, в его безэмоциональном взгляде мелькает сочувствие. Но «избраннику» явно не до того. Мне – тем более.
