В зале барная лавка заполнилась ожиданием, а я стою у окна. Передо мной накачанный драконий пунш со смуглыми глазами и раскосой физиономией официанта в традиционных одеждах. Одета я как всегда — хрупкая девушка, но на фоне этого кружки бурлящей зелени и ритма клуба выглядываю совершенно невероятно....
Но внутри действительно лишь письмо.
«Келли,
я был с тобой нелюбезен и необходителен. Хочу попробовать иначе. Я не знаю, что тебе нужно от Идена, но, если ты не готова рассказать о своих мотивах под заклятьем, у меня другое предложение. Я отзову все вопросы при условии, что ты окажешься от своей затеи. И компенсирую затраченное время. Сто тысяч валлорских крон – это чуть больше суммы, чем твои родители успели заработать на службе, по моим предположениям. Деньги переведут на счет в банке Пиарта, тебе только нужно подписать бумаги.
К.Р.»Демонова коробка за ребрами наконец-то оживает.
Я еще несколько секунд таращусь на письмо, а потом быстро кидаю его на кресло. Сжимаю пальцы до дрожи, гася огонь внутри. Вонзаю ногти в ладони, кружа по гостиной, пытаясь отрезвить себя болью – потому что мысли взвиваются костром.
Нет, это какой-то дурдом!
Весь мир сговорился?! Деньги?! Стараюсь как-то отбросить мысль, что меня только что пытались купить – хотя это ни беса не просто. Отец Идена предлагает отступиться от своих претензий – если я откажусь от его сына.
Достижимо.
Удобно.
Меня не отчислят из академии, я получу парня, о котором мечтала. Рейм? Я вдруг думаю, что даже его этот вариант мог бы устроить.
Где он вообще сейчас?
Перед глазами встает жгучий образ: его с Глорией. Потому что Ал нашел меня, а брюнетка – не побежала ли она к своему бывшему в это же время?
Отец Идена дал понять, что предпочитает ее.
Может, Глория сейчас тоже предлагает моему почти парню решить все быстро и безболезненно?
А потом я вздрагиваю, потому что хлопает дверь. Куда раньше, чем я ждала. Иден застает меня замершей у окна, и его удивленный голос летит в спину:
– Бесенок, а как же посиделки с подругой? Я думал, жалоб на меня вам хватит до ночи.
Поворачиваюсь. Иду к нему.
Подхожу вплотную и резко прижимаю письмо к его груди.
– У меня новости. Две. Одна краше другой.
А дальше я выпаливаю все: сначала об Але, потом о письме, которое Рейм быстро перехватывает.
Я жду его реакции с замиранием сердца.
«Дай мне что-нибудь, – почти прошу мысленно. – Хоть намек на то, что ты готов задуматься! О Глории, о своих амбициях на факультете.
