Пусть даже злой, раздраженный и колючий.
Вэн ждал. Я не двигалась.
Секунда…
Другая…
И цветок, вспыхнув, погас.
– Что ж, – теперь голос Сиара звучал сдержанно, почти сухо. – У вас есть причины сторониться меня. Пока. Но я сделаю все возможное, чтобы однажды вы изменили свое мнение и приняли эллоэн.
Короткий кивок, прощальная улыбка и эйр удалился, так же стремительно, как появился.
Не знаю, что меня заставило отложить справочник и начать лихорадочно перебирать совсем другие книги. Интуиция? Смутное беспокойство? Пресловутое шестое чувство?
Один стеллаж. Второй. Третий. Наконец я разыскала то, что требуется. Сверилась с оглавлением, открыла нужную главу, пробежала взглядом по строчкам:
«Эллоэн – ритуальный цветок перворожденных. Преподносится как свидетельство серьезности чувств и намерений. Если девушка принимает цветок из рук мужчины, значит, она согласна принять и его ухаживания».
Серьезность чувств и намерений? Ухаживания?
Я захлопнула книгу и ошарашенно уставилась в одну точку.
Кто-нибудь объяснит мне, что вообще происходит?
* * *Выходные, как правило, пролетают намного быстрее будней, раз в десять примерно. Это закон природы, действующий во всех мирах – магических или простых, не важно. Мой отдых тоже закончился, и на следующий день все вернулось к привычному графику. Лекции, семинары, домашние задания и…
– Хан, Лани, отлично сработано. Поток силы получился ровный, мощный. Молодцы. Кот, лапы в зубы и молнией на другую сторону полигона. Шипеть не советую, не поможет. Младшая, защитное плетение. Это что еще за затейливые дамские кружева? Мне нужно действенное боевое заклятие, а не беспомощное дамское рукоделие. Резвее, младшая, резвее. Не спи на ходу, как дошорская жужелица. Тебя раз десять развоплотить успеют, пока соизволишь щит поставить…
И занятия с Торэтом, все верно – с моим строгим, требовательным, неизменно язвительным куратором.
Утешало, что с каждой тренировкой у меня получалось все лучше и лучше, несмотря на все придирки и демонстративное ворчание эйра. Да и Ланиэ после истории с Илайлин сменила гнев на милость. Перестала огрызаться, ехидничать и демонстративно фыркать в ответ на каждое слово. У нас получилось даже обменяться магией – пока всего несколькими каплями, но это не могло не радовать.
Берриан с Ханом тоже нашли общий язык. Похоже, стрекозел начал даже уважать высокородного. Молча. Про себя и глубоко в душе. Вслух он ни за что бы в этом не признался. Чтобы он, неподражаемый и великолепный Ниирнар Атраэн Ханаш отнесся с почтением к какому-то длинноухому? Не бывать такому. Однозначно.
Наша маленькая команда потихоньку смыкала ряды и сплачивалась – пусть порой и вынужденно.