В замке. Только моя служанка стояла с вещами в ожидании приказа. Реджинальд взял мою руку и прижал к своей груди - жар дракона проникал сквозь шелковую рубашку, что так не хотела отпускать меня. Я кивнула мужу — нам нужно доказать невиновность моего отца, единственный шанс на спасение....
В дверь заглянула Агата.
— Господин! — всплеснула она руками.
И была в ее голосе и радость от долгожданной встречи с молодым хозяином, и осуждение по поводу моего легкомысленного внешнего вида.
— Госпожу надо к приему готовить, а вы миловаться вздумали! — ворчала старая служанка, но выглядела она при этом весьма довольной.
Реджинальд будто с удивлением обнаружил, что снова крепко обнимал меня, мокрую, завернутую лишь в покрывало, что было так небрежно сдернуто с кровати.
Расправленная постель добавляла сцене пикантности.
Вместо того, чтобы отпустить меня, он прижал к себе еще сильнее, будто боялся, что я могу куда-то деться. Сквозь ткань я чувствовала, как бешено колотится его сердце.
Хотелось теснее прижаться к нему и никогда не покидать уютных объятий.
Но время действовало против нас.
— Если пойти искать прямо сейчас, то, быть может, встретишь кого-то мокрого, —намекнула я, стараясь не беспокоить служанку. — Я останусь с Агатой. Уверена, второй попытки не будет.
Реджинальд чмокнул меня в мокрую макушку, сжал еще сильнее и только после этого отпустил и пошел к выходу.
Агата заглянула в ванную комнату и только руками развела.
— Это он в окно решил войти? Ну, озорник! — женщина попыталась закрыть окно, но не вышло.
Высокие створки оказались слишком тяжелыми для служанки.
— Ох, госпожа моя, вы же совсем замерзли! — Агата принялась растирать меня пушистым полотенцем. — Совсем не заботитесь о здоровье! Вам еще ребеночка рожать.
От того, как она по-доброму ворчит и от всей души переживает за меня, на глаза слезы навернулись.
— Ну-ну, чего рыдать. Дело молодое, подарите еще господину много детишек, — по-своему восприняла мои слезы служанка. — Он сейчас с победой вернулся, ему Император отпуск даст. Натешитесь еще!
Так, за легкомысленной болтовней старой служанки я понемногу успокоилась.
Привычный порядок косметических процедур и одевания делал мир вновь понятным.
Когда я была почти готова, вернулся Реджинальд.
— Мэгии Агата, — ласково, но настойчиво сказал он. Мне бы с женой поговорить.
Служанка строго посмотрела на него.
— Опять будете прическу портить и платье мять? А мне потом снова поправлять? —спросила она, уперев руки в бока.
Реджинальд только улыбнулся. Смущенно, будто мальчишка.
— Обещаю, что образ, над которым ты так трудилась, не пострадает, — сказал он.
