В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
А в основном попадали новые учителя, не прошедшие инструктажа или забывшие пункт «Годарова к доске не вызывать! Ни в коем случае!»"
"Нет, я не хамил и не паясничал. Всегда отвечал по теме. Но иногда заикался, как дегенерат. Или переставлял местами ударения на потеху одноклассникам. В этот момент Толян с задней парты начинал выть, а Алена аплодировать. Потом подхватывал весь класс.
Улыбаюсь, вспоминая наши выходки. И наткнувшись на испытующий взгляд жены, читаю следующий пункт.
– Это ты отправил скрин переписки директору гимназии?
– Нет, – решительно мотаю головой, чувствуя себя школьником, не выучившим урок.
– Допустим, – вздыхает Света. – А снимки в Эверсли – твоя работа?
– Еще раз нет, – ухаю, будто филин. – Зачем мне позорить тебя и себя? Я – уважаемый человек. Ты – моя жена. Что бы я выгадал, объясни?
– Не знаю, – чуть не плачет Светлана. – Но эти снимки не идут у меня из головы. Получается, из-за них убили бабушку…
– Спорное утверждение, – морщусь я.
– У себя в комоде. Наверное, баба Надя положила.
– Только снимок? Конверта не было?
– Нет, – вздыхает жена. – Вот я и решила, что это ты.
– Спасибо!
– Прости!
– Давай заключим перемирие, Света, – предлагаю, не раздумывая. – Клянусь, никогда не замышлял против тебя ничего дурного. А ты принесешь мне точно такую же клятву.
– А что это даст? – с сомнением глядит на меня жена. И мне безумно хочется стереть с ее лица официальную прокурорскую маску.
– Мы поверим друг другу, – предлагаю срывающимся в хрипотцу голосом. И сам удивляюсь собственной реакции.
– Не знаю, Руслан, – качает головой Света. – По-моему, это невозможно. Ты обвинил меня во всех смертных грехах.
– Ты тоже в долгу не осталась, милая, – огрызаюсь я и читаю следующий пункт. – Что удалось расследовать по фотографиям и скрину переписки? Есть ли подозреваемые кроме меня?
Закрываю глаза.
– Никого, – печально мотаю башкой. – Только ты, милая!
– А в моей версии подозреваемый – ты! – упрямо восклицает жена.
– Вот я и предлагаю, Света, поверить друг другу.
