В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
Я не хочу так!
Руслан
Два года спустя
Мой отъезд в Австралию ставит крест на наших с женой и без того шатких отношениях. Мы больше не ссоримся и даже не предъявляем друг другу претензий. Общаемся вежливо, как посторонние. И только ночью отдаемся друг другу без остатка. Никогда не говорим о чувствах. И мне иногда становится горько, когда на пике эмоций жена не выкрикивает мое имя. Не признается в любви. А просто стонет, сжав зубы.
У меня нет к ней претензий. Света – идеальная мать и прекрасно ладит со всеми родственниками.
"Эта женщина может вить из меня веревки, твою мать! И если есть у меня уязвимое место, то только жена. Ей я все прощу. Весь мир брошу к ее ногам.
«Стопэ, – останавливаю себя там, в Милане, когда сбегаю по мраморной лестнице. – Остановись. Девица сама по себе мутная. Не смей показывать ей свою слабость. Вляпался как дурак по самые помидоры, так не показывай виду.
Поэтому вернувшись в номер, отдаю тесты жене, а сам сажусь в гостиной изучать отчет службы безопасности о моих новоявленных родственниках.
А вернувшись домой, сразу соглашаюсь принять участие в регате. Втайне надеясь на чудо. Может там, на краю земли я успокоюсь и перестану залипать на Свете.
Но попав под Мельбурном в шторм, я скручиваю парус, сатанея от злости. Не обращая внимания на мокрые волосы, падающие на лоб, ору команды на русском матерном. И не могу дождаться вечера, когда смогу позвонить Свете.
Одно я знаю точно, уезжать было нельзя! Может, стоило найти себе замену.
Она молчит. Держится отстраненно. Улыбается сыну, в котором мы оба души не чаем. А когда остаемся одни, старается выйти из комнаты. Для родственников и знакомых мы идеальная пара. Но какой же это идеал, если между нами нет искренности и настоящей близости? Если в присутствии друг друга мы чувствуем себя неуютно.
Остается секс. Только секс. Только ночью в кромешной тьме нам обоим сносит крышу от близости. Только в эти моменты я могу дышать полной грудью.
– Ты готова? – спрашиваю жену, входя в спальню.
Света в черном платье, расшитом кристаллами Сваровски, кажется неземной красавицей. Волосы убраны назад в замысловатую прическу. И так хочется подойти и поцеловать открытую шею. Сгрести в охапку эту непокорную женщину и послать куда подальше губернатора с его гадским приемом.
Но нельзя. Нельзя.
– Ты заходил к Дамиру? – лишь на короткий миг останавливает на мне взгляд.
