В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
Да, малыш?
Маленький отважный путешественник серьезно кивает. Из ботинок льется вода. Приходится принимать экстренные меры Со всех ног бегу к дому. Только бы не заболел! Краем глаза замечаю, как жена отдает распоряжение по сотовому.
– Наберите ванну для Дамира, Елена Романовна!
«Умница моя! Не растерялась», – мысленно хвалю любимую.
По себе знаю, как опасно переохлаждение. Я от Светиного еще никак в себя не приду. Хотя врачи давно говорят, что моя жена здорова. Ничего никогда не боялся. А сейчас трушу, как малолетний пацан.
Уже дома, засунув сына в теплую воду, опускаюсь рядом на колени. Поднимаю глаза на Свету, усевшуюся на белый мраморный край ванны. Безотчетно глажу узкую щиколотку жены, пробираясь все выше. Оглаживаю коленку, потом бедро.
Но легкий взмах руки скидывает мою ладонь вниз. Это как в игре-бродилке, когда приходится начинать все сначала. Я начну. Обязательно.
Меня магнитом тянет к этой женщине. Как изголодавшийся юнец до сих пор не могу оторваться от нее. Понимаю, что залип на ней и даже рад этому.
Единственная. Моя. Мать моего сына.
Наблюдаю, как маленький человечек деловито бросает в воду уточек, кораблики и ведерко. Весело бьет ладошками по воде, заставляя весь речной флот болтаться на волнах.
– Пойдем кашу есть, и спать, – уговаривает сына Света, но маленького мужчины на все есть свое мнение. Он уверенно крутит головой.
– Неть!
– Пора, сынок, – глажу по спинке.
Подхватываю озорника под мышки, а Света накидывает на Дамира полотенце. И забрав у меня наследника, тащит его в спальню.
Кому и какого рожна надо?
– Да, что случилось? – отвечаю охране.
– К вам гости, Руслан Артурович. Адам Дамирович с дочкой.
«Твою ж мать, – морщусь мысленно. Припрись ко мне одна Алиса, я бы выставил вон. Но по отношению к Адаму я так поступить не могу.
– Укладывай и спускайся, – шепчу я, целуя жену в ушко. На ходу стаскиваю мокрую футболку и, бросив ее на первый попавшийся стул, достаю из комода чистую.
Оглядываю тренировочные штаны с начесом. Мой сын постарался облить и их. Смеясь, переодеваюсь и, спускаясь по лестнице, представляю, каким вырастет маленький сорванец. Моя фантазия тут же рисует пасхальную картинку. Света прикладывает мою ладонь к большому животу, а рядом на полу играют Дамир и девочка с кудряшками.
«Надежда!» – проносится в голове. Боднув башкой воздух, пытаюсь прогнать прочь дурацкие мысли. Света… Я реально опасаюсь за ее жизнь.
