В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
– Я бы все объяснила…
– Моя бабушка не нуждается в ваших инсинуациях, Лидия Ивановна. Вы позволили себе слишком много. Влезли в нашу со Светой переписку. Выгнали с работы по странному поводу. Естественно, бабушка разнервничалась. Да и мне неприятно, как обошлись с моей невестой…
– Что? – всплескивает руками Лидия и тут же гневно зыркает на меня. – Почему ты мне ничего не сказала, Розанова?
– Не сочла нужным, – коротко бросаю я, пожимая плечами.
– Русик, – озабоченно тянет Лидия. – Конечно, я восстановлю Светочку на работе.
Директриса тараторит заискивающе. А Руслан морщится, словно от зубной боли.
– Восстанавливать нет необходимости. Правда, Светка? – отмахивается небрежно.
– Да-а, Русик, – улыбаюсь смущенно."
"– В трудовой только запись исправьте, – снисходительно предлагает Руслан, – и разойдемся с миром.
– Конечно, – блеет Лидия. – Мы сейчас Свете новую трудовую заведем.
– Мы не будем ждать, – вздыхает Руслан, поднимаясь из-за стола. – Перед свадьбой дел до фига. Я сегодня пришлю кого-нибудь.
– Хорошо, Руслан, – обретает обычную уверенность Лидия и наверняка в душе радуется, что все обошлось.
– Руслан Артурович, – поправляет ее бывший ученик и, взяв меня за руку, спешит к выходу. Но останавливается посреди кабинета.
– Кстати, Лидия Ивановна, а кто вам слил информацию о балансе на Светкиной карте? Титова или Белогривова?
– Танечка, – выдыхает директриса и тут же спохватывается, поняв, что проболталась.
– Кто? – резко бросает он. – Как к вам попала наша переписка? Света точно вас в наши маленькие шалости не посвящала…
– Меня подставили, Руслан! – квохчет она, хватаясь за сердце. – Я сама разберусь. Больше такое не повторится…
– Мне казалось, мы разойдемся с миром, – чуть тише обычного замечает Годаров, и я вижу, как его лицо застывает холодной маской.
Вглядываюсь в надменное властное лицо и чувствую, как меня захлестывает волна возмущения. Лидия, конечно, виновата. Но вот так рубить головы направо и налево никому не позволено. Кто завтра станет жертвой Годарова? Я? Ответ очевиден. Самое ужасное, представляя меня своей невестой перед директрисой, Руслан ни на минуту не отказался от своих выводов.
