В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
Развернуться и ехать домой? Так опять в голову полезут странные мысли. Проветрить мозги, так по полной.
У меня сегодня вообще-то последний холостяцкий вечер. И хоть мне даже в голову не пришло организовать мальчишник, но могу и один оттянуться. Переезжаю мост, отделяющий мою деревеньку от города. И попав на широкий яркий проспект, уверенно сворачиваю к Жуку, новому ночному клубу, который держит мой друг Антон Жуков.
Но сразу же приходится свернуть с привычной дороги. Проезжая часть перекопана, и вокруг торчат знаки.
– Мать вашу, – матерюсь негромко и, свернув в первый попавшийся переулок, пытаюсь выехать на нужную улицу. Включаю навигатор и через минуту бью по тормозам.
«Эверсли–клуб. Элитный отдых» – гласит вывеска, переливаясь в темноте всеми цветами радуги.
Останавливаю тачку и, выскочив на улицу, внимательно рассматриваю глухие забор и ворота.
«Интересно пляшут девки!» – усмехнувшись криво, решительно нажимаю на маленькую пуговку звонка.
– Кто? – рявкает в домофон хриплый бас.
– Годаров, – рычу в ответ.
– Какой именно? – вежливо переспрашивает охранник.
– Руслан, – роняю на автомате.
– Сейчас, Руслан Артурович, – просит меня голос за кадром. И на несколько минут наступает тишина. А потом дверь распахивается, пропуская меня в святая святых подпольного борделя.
– Русланчик, ты бы позвонил, – выходит навстречу худая стриженая под мальчика мадам с огромным бюстом. – Сто лет тебя не видела!
– Привет, Нина, – киваю старой знакомой.
– Какую девочку позвать? Или сразу двоих?
20. Я боюсь, Руслан!
– Нет, спасибо, милая, – усмехаюсь лениво. И пройдя мимо насупленного амбала в камуфляже, интересуюсь устало. – Говорят, у вас девственницы имеются…
– Да, Русик, – быстро замечает она. – Но там предварительная запись. По каталогу.
– Покажешь? – роняю беспристрастно. А у самого почему-то трясутся поджилки. Зачем я лично приперся сюда? И что предпринять, если увижу в этом гребаном каталоге Свету?
Как смогу завтра поехать с ней в ЗАГС и не выплеснуть всю ярость, клокочущую внутри? Как смогу назвать женой, пусть даже из-за Дамира и Агаты?
– Конечно, – улыбается сладенько Нина и, развернувшись, качая бедрами, идет по коридору.
«Вот как далеко зашел прогресс! Уже и бордели оснащены продукцией Эпл!»
– Вот, смотри, хорошие девочки, – замечает негромко.
