В загородном доме тихий мир нарушается гомоном брата, но несмотря на это, я недовольно смотрю на него. Руку в кулаке, я ругаюсь про себя за потерю сделки - договоренный контракт выставили именно для нас. Но сейчас мне нужна решимость, чтобы не разорвать обещанных связей, собравшиеся в кабинете теперь больше опасаются моего гнева....
Потом сразу на поминки. Не возражаешь?
Милая покладистая девочка печально кивает. А я даже не подозреваю, на какую бочку с динамитом пристроил свою тощую задницу.
Фитиль уже подожжен. Вот только я пока ни о чем не догадываюсь.
37. Ты соврал!
Руслан
– Посетительница ждет вас в переговорной на первом этаже, – приходит сообщение от Катерины.
– Встреть нас внизу. Проводишь Светлану Дмитриевну в мой кабинет, – отвечаю, мысленно потирая руки. Прекрасный способ развести в пространстве людей. Отделить жену от старой проститутки.
Я особо не объясняю помощнице, кто такая Света, но мой вышколенный персонал все понимает с полуслова. А чтобы ни у кого не осталось сомнений, при всех чмокаю жену в висок.
Супруга Годарова! Он приехал в офис с женой!
Представляю, как новость моментально разнесется по коридорам. И все набегут смотреть. Хромые, убогие и просто припадочные.
Прощаясь, глуповато морщу нос, сжимаю узкую ладошку в своей.
– Постараюсь быстро управиться, котенок, – шепчу Свете на ушко.
Торопливо шагаю в первую переговорную.
Перекошенная от важности морда. Черное кашемировое пальто. Такой же костюм и рубашка. Строго и агрессивно.
– Здравствуй, Нина. Что у тебя случилось? – спрашиваю женщину, повернувшуюся от стеклянной перегородки. Жалюзи чуть приоткрыты, и через них прекрасно просматривается холл. И моя жена, идущая рядом с секретарем к лифтам.
– Это же Света Розанова? – удивленно спрашивает Нина. И я готов от мгновенно охватившего бешенства разбить к чертям собачьим эти долбаные прозрачные перегородки.
– Вы знакомы? – приподнимаю бровь. Сжимаю кулаки, пряча их за спиной. Призываю на помощь все свое мужество.
Как это называется у ментов? Следственный эксперимент? Или очная ставка?
Стараюсь сдержаться и ничего не разгромить. Кулем опускаюсь на шаткий офисный стульчик. Показываю Нине на такой же другой, стоящий с противоположной стороны широкого серого стола.
– Света – моя лучшая ученица, – с гордостью сообщает она, усаживаясь на край.
Свет меркнет в моих глазах. Зашибись, новости! Оторвать бы голову маленькой стерве.
– Ученица? – переспрашиваю, как идиот. Тарабаню пальцами по деревянной поверхности, не зная куда деть руки."
"– Ну да, – торопливо объясняет Нина. – Я же преподаю в лицее. А Светин класс, он особенный… понимаешь?
– Не совсем, – рычу я, выдыхая.
Лицей! И слава богу!
– Я думал, у тебя вопрос жизни и смерти. Мы едем с похорон.
