Автор
Хелена писала автобиографию, начав с "Однажды утром я поняла, что я клиническая дура". Впрочем, ее жизнь была полна необычных приключений и загадок. Молодая Хелена выиграла первый и единственный конкурс красоты, незаметно для окружающих влюбившись в победителя этого конкурса. Книга расскажет о мистических встречах и невероятных открытиях, которые превратят обычную девушку в нечто большее....
Спасибо невероятному странноватому дизайнеру Барсукова – в его доме были десятки мест, где можно спрятаться.
- Да, в шестой раз,- хихикнула вторая. – Ах, но надо отдать ему должное – все девочки чудо как хороши. Эта провинциальная наивность, вера в добро. Он ведь ее даже не…ну ты понимаешь, да?
- Ну так ведь потомок Романовых,- и обе сплетницы гаденько расхохотались.
- А мне ее жалко,- вступил третий женский голос. – За два года с ним она потухнет и умрет.
- Заткнись, дура. Все жены Андрея Аркадьевича погибли при трагических обстоятельствах, но его вины в этом нет.
И мимо колонны, за которой я пряталась, прошла новая жена Барсукова. Вот значит как, не соврали болтушки-горничные. А с другой стороны, зачем им врать? Они же между собой разговаривали. У них вон какой повод – открыт тотализатор на будущую жену недо-Романова. Точнее, на срок ее жизни. Моей жизни.
Взяв со стола бокал с шампанским, я тоже вышла в сад. Расторопный мальчишка в форме прислуги подал мне накидку.
Андрей говорил, что его жена работать не будет. Но при этом он настоял на курсах секретаря-референта. А если я не буду работать, то что я буду делать? Если путешествовать, то я согласна. А если сидеть дома? Вспомнить бы, чем занимались замужние дамы века этак девятнадцатого? Кажется, сидели дома и рожали. Потом хоронили детей и умирали в родильной горячке. Не хочу.
- Что, Хеленка, тяжко тебе?
Я подскочила на месте и поспешила спрятаться.
- Чего в кусты-то полезла? Барсукова увидит – в волосы вцепится.
- Я – Алена,- буркнула я и вернулась на тропинку.
На дорожке стояла высокая, беловолосая женщина. Я видела ее несколько раз на приемах. Она выглядела как классический и очень богатый экстрасенс. Собственно, им она и была – ей повезло попасть в струю и теперь весь бомонд считал залогом успеха проконсультироваться именно с ней.
- Что, Аленка, глаза открылись? – поддела она меня. – А помнишь, как я к тебе подошла?
- Помню,- я почувствовала, как щекам стало горячо.
- Говорила тебе – уезжай обратно,- безжалостно продолжала она. – А ты мне что? «Я буду с ним счастлива». Ну ничего, ничего, судьба у тебя такая – умереть быстро и молодой.
- Спасибо, в судьбу я по-прежнему не верю. Вот в дурость человеческую – верую искренно и истово,- хмыкнула я."
"- Зубастая,- умилилась экстрасенс.
